Книга Волчьи тропы, страница 40 – Рита Аристова

Ивар терпеливо ожидал в гостиной. Не поторапливал, хотя имел возможность вторгнуться в мою комнатку в любой момент. Выдохнув, я спустилась к нему. Мужчина тут же устремил свой взгляд на меня. Радужки его стремительно темнели, а костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Что-то не так? — Попятилась я, когда он резко поднялся с кресла.

Дарвин на миг прикрыл глаза и ту тьму, что плескалась в его взоре. Стало жутко и я побежала вверх по лестнице. Страх подгонял меня и я оступилась. Наверное, сломала бы не только каблук, но и ногу, а может, и шею в придачу. Но не случилось. Сильные руки подхватили и не позволили пересчитать хребтом ступеньки.

— Я говорил тебе, не бежать от меня. Никогда. — Хрипел Ивар.

Голос его как коктейль из страсти и смерти одновременно. Будоражил, пугал и пробуждал доселе неведомое. Каждая клеточка напряглась и смутилась. Стало трудно дышать. Воздух сгустился до невозможности.

— Посмотри на меня, Ника.

— Н-н-не х-хочу! — Помотала я головой, сопротивляясь. Слишком тесный контакт, слишком откровенное желание. И оно передаётся, будто кто переливает из одного бокала в другой.

— Давай же, смелей!

— Ивар, я не могу. Не заставляй. Пожалуйста. — Просила я, умоляла.

— Страхи надо учиться побеждать. — Настаивал оборотень и приступил к исполнению одного из своих желаний.

Посещение выставки выдалось крайне утомительным и физически и эмоционально. Мы протащились по всем залам. Ивар не давал мне и продыху, постоянно напоминая какие виды на меня имеет. Возмутительно! Я прям кипела от негодования. Но высказать ему прилюдно не могла, а очень хотелось! Вздумал меня целовать, да так открыто всем демонстрировать, что мы в отношениях, хотя это совсем не так. Я не согласна!

К выходу я плелась еле живая и только пискнуть успела, когда Дарвин подхватил меня на руки, едва мы оказались на улице. Фонари подсвечивали пространство и глаза оборотня под стать им блестели как зажжённые лампочки.

— Хватит брыкаться! Поранишься ещё. — Подтрунивал надо мной мужчина. Ну да, его хоть бей, хоть кусай, ничего не почувствует. Словно весь из стали высечен.

— Поставь меня. Сама пойду. — Насупилась я.

— Сама ты поползёшь. Сейчас в машинку сядем, в ресторанчик съездим, пожинаем. Потом, возможно, самостоятельно добредёшь до комнатки, когда я возмо-о-о-ожно позволю тебе встать на ножки. — Продолжал издеваться наглец. Жар от него шёл как от печки. Волчара!

— Деспот! Тиран! — Буркнула и присмирела. Его взгляд обещал то, чего я избегала. Как будто только заводил оборотня мой протест.

— Ты хорошенькая, даже когда обзываешься. Так бы и съел!

— Я невкусная! — Пролепетала, пожалев о предшествующем выплеске. — Вот вообще!

— Я бы поспорил, но ты голодненькая. Любишь роллы?

— Люблю. — Сказала и жёлтые глазищи сверкнули. — Роллы. — Уточнила, чтобы не надумывал чего нет и не мечтал о несбыточном. Такому дай палец, заглотит всю целиком.

Очень скоро мы сидели перед аппетитным сетом роллов, которые выглядели так красиво, что есть их преступно. Но, полюбовавшись красотой кулинарного искусства, отбросила эстетизм. Желудок урчал, требуя незамедлительно что-нибудь в него закинуть.

Вооружившись палочками, я не знала за дегустацию какого взяться. Я смотрела на них, а они на меня. Детская считалочка про эники-беники меня выручила. Оборотень глядел на меня как на восьмое чудо света. Пришлось щёлкнуть пальцами, чтобы он отмер и вернулся в реальность.