Книга Ёлкапокалипсис, или Новый год все равно наступит, страница 12 – Леся Лимерик

— Зато показывает хорошо, с душой… — заочно похвалила медика Яна. А потом вдруг спохватилась: — Слушай, а где Тэя? Только не снова…

Малышка на этот раз нашлась быстро: человечка успела навернуть всего три панических круга по оранжерее, как внезапно обнаружила детей, мирно играющих в уголочке со змеей. Та расслабленно мерцала, меняя цвета с бирюзового до фуксии, и казалась довольной жизнью. Устроив все семейство в зоне видимости, Яна откусила бутерброд и зажмурилась от переполнившего ее ощущения гармонии.

Может, и не надо было слишком напрягаться? Вот сейчас им и без елки неплохо: у детей веселое ночное приключение с родителями, а она сама сидит рядом с хитро улыбающимся драконом, который без лишних вопросов разделяет все ее безумные идеи, и даже своих подкидывает. Это ли не счастье?

— Яна, — внезапно вкрадчиво произнес Ноэль, прищурившись. — Только т-ш-ш… Сейчас ме-едленно обернись…

Яна не была уверена, что хочет оборачиваться. С другой стороны, было бы здорово узнать, чем — или кем — завершилась их тогдашняя вылазка. Человечка повернула голову и обнаружила там его.

Во-первых, оно сияло. Нагло, вызывающе и очень празднично. На нижних ветвях, держась непонятно на чем, мерцали призмы из того самого пропавшего ящика. Дракофолиум не мелочился, украшая себя.

Импровизированная елка шевельнулась, и Яне в глаз ударил блик, который отбрасывала приснопамятная табличка, исчезновению которой так радовался Ранкор. Надо же, медик был прав, она действительно сверкала, зараза! А на макушке ожившего растения пристроилась трогательно примотанная розовой ленточкой баночка с ртутью. Верхние веточки чуть клонились вбок под ее тяжестью. Пожалуй, это было даже красиво. Жутковато, но красиво. Магические жемчужины, аккуратно выкушенные из корешка Адамантининого фолианта, завершали тщательно выстроенный образ.

Дракофолиум выглядел как маньяк-коллекционер, наконец достигший дзена в новогоднюю ночь.

Во-вторых, Яне показалось, что вопреки отсутствию у него глаз и других органов чувств, оно смотрит. Жадно так смотрит, практически с вожделением. Она мысленно прочертила линию в ту сторону, куда был направлен этот немой, но очень выразительный взгляд, и обнаружила, что на конце линии находятся ее дети.

— Та-ак… — протянула человечка голосом, не предвещавшим ничего хорошего.

Несколько мгновений Яна, дракон и елка гипнотизировали друг друга. В тишине было только слышно, как Тэя что-то тихо втолковывает змее, разложив перед ней блестящие ложечки. А потом Дракофолиум шевельнул иголкой и начался хаос.

Зеленая махина, сверкая всеми наворованными сокровищами, рванула с места с неожиданной для растения прытью прямо на драконят.

— А ну, стоять! — заорала Яна, забыв, что у елки вряд ли имеются уши.

Она подскочила к Дракофолиуму и ухватилась за ближайшую ветку. Та оказалась неожиданно скользкой, и Яна едва не потеряла равновесие, но удержалась, вцепившись намертво.

— Ноэль!

Дракон, не раздумывая, схватил жену за талию и потянул назад, одновременно пытаясь другой рукой достать до ствола Дракофолиума. Тот попробовал стряхнуть неожиданный груз, но потерпел поражение: человеческая самка в бешенстве явно превосходила его по силе.

Виктор и Тэя, которые до этого мирно играли в уголке, наконец заметили, что родители заняты чем-то необычным.