Книга Призраки в друзьях приветствуются!, страница 79 – Маришка Вега

На улице сегодня было очень холодно. Просто ледяной ветер мёл позёмку, казалось, что лёгкие могут замёрзнуть при вдохе. Где-то, видимо, прорвало небесный морозильник, так что мы попросили ребёнка не мёрзнуть, чтобы не заболела.

Сам герцог сказал, что таких морозов даже и не припомнит в его бытность, хоть сейчас он холода не ощущал, но даже ему видно, как всё вокруг задубело, а вода в бочке, что стояла у конюшни, промёрзла до дна.

Мы Снежинке принесли в конюшню пару дополнительных кристаллов, благо что теперь их нам хватало, чтобы лошадка не чувствовала неудобства, тем более что животинка уже возрастная.

— Да хоть бы дорасти до управляющей, например! Как же она сможет следить за хозяйством или вести книги, если будет неграмотной?

— Вы думаете, у неё есть талант к обучению? — изумлённо уточнил призрак.

— Ой, можно подумать, мы её будем учить мост с замком строить, а не буквы в слова складывать! Что там непосильного-то? — возмутилась я от такого вопроса.

— Как сказать, может, вы и правы. Вирта, а как ты сама думаешь? Нужно ли тебе обучение? — обратился герцог уже напрямую к малышке.

— Я смогу прочесть эти книги сама? — чуть заикаясь, поинтересовалась девочка. Было видно, что та очень волнуется.

— Конечно! — подбодрила я её, пока мистер зануда не стал смущать ребёнка.

— При должном усердии, — всё же не сдержался герцог.

— Я согласна!

Надо было видеть счастье на личике ребёнка. Она прижимала книгу к груди и смотрела на нас так, будто мы подарили ей вселенную.

Боже, я даже прослезилась. Невозможно было сдержаться, поэтому отошла к окну, чтобы скрыть эмоции, а то ещё не так поймут.

Дома-то школьников чуть ли не за ухо в школу надо было вести, к учёбе тяги в последние годы я не наблюдала. Хмурые мордашки ребятни, кого оторвали от дивана и подушки, мелькали на улицах, а здесь такой незамутнённый восторг.

Пока я смаргивала слёзы, стараясь делать это незаметно, прислушиваясь к объяснению призрака про алфавит, бездумно смотрела в окно. Сначала я не поняла, что, собственно, вижу, потому что слёзы застилали глаза и думала я о своём. Воспоминания, словно кинофильм, заполнили сознание, но, по мере того как я успокаивалась, а слёзы высыхали, поняла, что что-то движется к моей конюшне. Даже прищурилась, чтобы лучше рассмотреть.

По снегу пробиралось нечто, что я не могла сразу разобрать, так как мешали снег и окружающие предметы, но спустя время поняла: это животное, похоже, собака, просто небольшая, может, щенок. Зверь, пригнув голову, упорно еле двигался вперёд.

И стало мне так его жалко, что слёзы вновь наполнили глаза, так захотелось помочь бедному животному, что замерзало в лютый мороз.

Везёт мне: то детей ненужных нахожу, то зверей, или это их ко мне тянет? Дома тепло и хорошо, а думать о том, сколько пёсик шёл по снегу, даже не хотелось.

Надо забрать! Пусть отогреется.

Я едва успела принять решение, как раздался негромкий хлопок, а затем сдавленный вопль Вирты.

— Ой, это откуда же они такие?! Замёрзшие совсем.

Непонимающе обернулась, чтобы посмотреть, кто это «они». Оказалось, что щенок — а это теперь было точно, — держал в зубах котёнка, что, видимо, уже не мог идти от холода.

Собачка была светлой масти, с чуть волнистой шёрсткой и глазками-маслинами, тёмными и блестящими, ушки свисали вдоль мордочки, едва доставая до челюсти.