Книга Черная свеча. Абсолютно не английское убийство, страница 52 – Алена Скрипкина, Михаил Попов

Она вздрогнула, открыла глаза и тупо посмотрела вниз. Розовенькие веселенькие кругляшки так и притягивали к себе взгляд. С этим надо кончать, причем немедленно. Если она будет и дальше раздумывать, то уже точно не решится завязать. Надо действовать. Марьяна присела и аккуратно собрала таблетки с пола. Еще раз пересчитала. Шесть штук. Боясь передумать, она быстро вошла в ванную и высыпала таблетки в унитаз. Зашумела вода. Все. Теперь назад пути нет. Только вперед.

Марьяна вернулась в спальню и легла, ожидая очередного приступа, который не замедлил проявиться во всей полноте. Обхватив себя руками, сжавшись в комочек, она кусала губы и, скрипя зубами, каталась по кровати. В голове гудело, перед глазами прыгали разноцветные пятна, зубы стучали, выбивая неровную дробь. Все тело покрылось противным холодным и липким потом. Слабость, слабость, слабость… Она сопровождалась упорно давящим на уши противным монотонным шумом.

Марьяна расслабилась и открыла глаза. Боль, кажется, отступила. Надолго? Едва переставляя дрожащие ноги, она доплелась до ванной. С отвращением глянула на свое бледное отражение в остатках разбитого зеркала. Сколько времени будет продолжаться этот кошмар? Сколько еще сил ей понадобится? Водный массаж немного помог, но в столовую она смогла спуститься только к вечеру. На еду было тошно даже смотреть, а есть и подавно. Она буквально проталкивала в себя пищу, напоминавшую вату, совершенно не ощущая вкуса. Хорошо, что Магомед еще до женитьбы нанял женщину для приготовления еды и ухода за домом. Если бы не она, Марьяна умерла бы с голоду. В последние сутки не было сил даже шевелиться.

Ночью ей стало еще хуже. Натянув на голову одеяло, она проклинала свой опрометчивый поступок. Нельзя, нельзя было выбрасывать все таблетки. Сейчас выпила бы парочку и заснула, как младенец, а теперь неизвестно, удастся ли заснуть вообще. Когда первые лучи солнца начали рисовать импрессионистскую картину на шторах, ей все-таки удалось немного подремать.

Уже оказавшись по ту сторону сновидений, Марьяна поняла, что теперь, как должного, ждет появления очередного кошмара. Но старая карга, видимо, решила дать ей передохнуть. Конечно, как и положено, они опять встретились в плохо освещенной спальне. Старуха, правда, не говорила и не делала ничего страшного, а даже посочувствовала Марьяне.

— Тебе сейчас плохо, очень плохо, — сегодня ее голос снова по старчески дребезжал. — Но это пройдет…

— Скоро? — перебила ее Марьяна.

— А это уж зависит от тебя самой, — хитрая ухмылка скривила беззубый рот…

Больше Марьяна ничего не помнила.

А утром, когда она сидела, обхватив обеими руками чашку, и раздумывала над сложной проблемой, — как донести ее до рта, не расплескав по пути половину, вдруг заявился Хасан. Марьяна посмотрела на него мутным невыразительным взглядом. К счастью для нее, статус безутешной вдовы позволял ей выглядеть именно так. Проблема могла возникнуть недели через две, когда любое горе должно несколько притупиться. Марьяна с усилием моргнула и постаралась сфокусировать взгляд на его упорно расплывающемся лице.

Хасан смотрел на вдову с некоторым удивлением. Он явно не ожидал такого проявления горя, будучи уверен, что застанет ее в радостном волнении по поводу ожидаемого наследства. Марьяна, наконец, нашла позу, при которой Хасан имел одну, а не две головы. Надо было просто смотреть исподлобья. Немигающим взглядом она уставилась на собеседника. Если бы он знал, чем вызван такой прием, то, вероятно, очень обрадовался бы, но сейчас ему было не по себе.