Книга Черная свеча. Абсолютно не английское убийство, страница 47 – Алена Скрипкина, Михаил Попов

Рассыпанные таблетки сразу же привлекли ее внимание. Аккуратно, по одной, она складывала их в коробку, автоматически пересчитывая. С глухим стуком они падали на дно — раз, два, три… четырнадцать, пятнадцать. Марьяна сунула их в ящик, но буквально через секунду открыла и снова пересчитала. Их должно было остаться шестнадцать. Она была уверена в этом. Только вчера их было восемнадцать, а она приняла всего две. Или три? Старательно отматывая время назад, Марьяна теперь уже не была полностью уверена, сколько же на самом деле штук она приняла.

Странно, но многое из того, что произошло совсем недавно, она уже не могла вспомнить. На нее снова накатила волна страха. Если все оставить как есть, она постепенно будет опускаться все ниже и ниже, пока не упадет на самое дно и сдохнет где-нибудь под забором. Она не может, не должна допустить этого.

Когда Марьяне окончательно удалось убедить себя в этом, она снова резко задвинула ящик, но опять не выбросила таблетки, решив, что когда ей будет очень плохо, ну просто совсем ужасно, вот тогда она, может быть, выпьет одну. Совсем малюсенькую таблеточку, но только одну. Мучимая бессонницей, она проглотила ее уже через несколько часов, даже не дожидаясь возвращения неприятной слабости и трясучки.

— Что-нибудь еще хочешь сказать? — сегодня Марьяна решив, что нападение — лучший способ защиты, сама начала разговор, едва оказавшись на пороге уже хорошо знакомой комнаты.

Лампочка снова горела прежним тусклым светом. Наверное, в отсутствие Марьяны кто-то ее успел заменить.

— Я еще больше убеждаюсь, что сделала правильный выбор, — не отвечая на вопрос, а комментируя какие-то свои потаенные мысли, зловредно хихикнула старуха и замолчала.

В комнате снова повисла зловещая тишина. Напускная храбрость Марьяны быстро начала предательски таять, а ее место мгновенно занял противный, клейкий страх, окутавший все тело от пяток до затылка. Но она совершенно не хотела показывать старухе своих истинных чувств и, вздернув подбородок, снова спросила:

— Может, расстанемся по-быстрому, если нам нечего сказать друг другу?

— Нет, — снова хихикнув, прошамкала старуха. — Рано еще нам расставаться. У меня к тебе есть дело. Пока еще ты не готова окончательно, но скоро… Скоро… Ты ведь даже не имеешь понятия, что тебя ждет. Скоро ты получишь такие возможности, о которых любой человек может только мечтать.

После этих слов Марьяна снова оказалась перед закрытой дверью в комнату старухи. А буквально через мгновение она стала уменьшаться, будто отдаляясь. Вскоре Марьяна поняла, дверь и, на самом деле, удаляется, а она летит все выше и выше. Это чувство не было страшным или неприятным, скорее наоборот. Ощущение полной свободы и необыкновенной легкости окутало ее и подняло на крыльях вверх. Рядом уже не было ни домика в саду, ни темных щупалец, ни старых церквей с черными свечами, только синева чистого неба без единого облачка и безграничная свобода.

Следующие несколько дней она провела, практически не вылезая из постели. Как объяснила себе — ей надо отдохнуть. Эти дни проскочили совсем незаметно, так же как и еще несколько таблеток, облегчивших ей тоскливое состояние тупой апатии. Магомед не появлялся. Полиция тоже молчала. Зато каждый день наведывался Олег, но Марьяна, ссылаясь на болезнь, не хотела видеть и его.