Книга Смерть в стиле аниме, страница 75 – Евгения Горская

Тина не в счёт, это его задача — поставить точку на прошлом.

Фёдор говорил, Казанцев внимательно слушал.

— Маша после встречи с вами зашла к школьной подруге. — Помолчав, учитель допил кофе. — И вечером собиралась встретиться со школьными подругами.

— Я не думаю, что её убили из-за моего появления, — поморщился Фёдор. — Не знаю, зачем я вообще решил всё это вам рассказать.

— Наверное, потому, что понимаете: в таких делах мелочей не бывает. — Учитель мягко улыбнулся.

Как будто Фёдор был нерадивым учеником, которого следовало подбодрить.

Зря он разоткровенничался.

— Позвоните, пожалуйста, если появится что-нибудь новое. — Фёдор поднялся. — И если нужна будет помощь, звоните.

— Вы тоже.

Женщину рядом с машиной он заметил, только когда она отделилась от кустов у забора.

* * *

Без Фёдора было скучно. Тина повалялась в гамаке, потом посидела на крыльце, подставив солнцу плечи. Потом постояла около книжных полок, подбирая что-нибудь забытое. Не подобрала.

Телефон тренькнул, когда она от скуки заварила чай.

Пришедшую эсэмэску Тина прочитала несколько раз, хотя та была короткой, и запомнила она её сразу:

«Мне нужно срочно уехать. Извини. Целую».

Ничего, кроме недоумения, она ещё не испытала. Набрала Фёдора, с раздражением выслушала, что телефон находится вне зоны действия сети. Через несколько минут набрала снова. Потом ещё раз.

Его телефон не мог разрядиться. Оба их телефона всю ночь лежали рядом на тумбочке со свисающими от них проводами зарядки.

Наверное, то, что начало с ней происходить, можно было назвать «впала в ступор».

Тина положила телефон на стол рядом с чашкой заваренного чая, постояла и снова потянулась к нему. Захотелось перечитать эсэмэску ещё раз.

Перечитывать шесть слов в бог знает какой раз она себе не позволила, это уже походило на что-то ненормальное.

В голове странно звенело.

Она опять безрезультатно набрала Фёдора.

«Он никогда ничего ей не писал, — попыталась успокоить себя Тина. — Может быть, для него это нормально — в письме ничего не объяснять».

Листья яблонь за окном блестели на солнце, как будто дразнили.

Чаю уже не хотелось, но она выпила его залпом.

Снова набрала номер. Потом ещё раз. И ещё.

Внезапно захотелось засмеяться. Маленький серьёзный Филипп её предупреждал.

Спуталась с мужиком, о котором ничего не знает.

Она не видела его документов, он мог выдать себя за кого угодно.

Тина заметила, что плачет, только когда подошла к зеркалу. Овальное зеркало в старинной раме лет десять назад отреставрировали, раньше стекло было тёмным, с пятнами.

Яблони загораживали свет, она приблизила лицо к зеркалу и тут же от него отвернулась.

Смотреть на лицо с несчастными красными глазами было противно.

«Не буду больше звонить, — пообещала себе Тина. — Захочет вернуться, вернётся».

Она приехала сюда, чтобы найти Ирочку. Об этом и надо думать.

Фёдор не первый мужчина в её жизни и, бог даст, не последний.

Слёзы продолжали течь, Тина достала из сумки бумажный платок, села на диван.

О Фёдоре напоминало всё, и диван тоже. Он спал на нём, когда она ещё не сошла с ума, потом необходимости ночевать в одиночестве у него не стало.

Заставить себя думать о сестре было трудно, но она сумела.

Единственное, что сейчас у неё было, это Ирин рисунок. С него и надо начать.