Книга Искатель, 2008 № 02, страница 76 – Журнал «Искатель», Анатолий Радов, Владимир Царицын, и др.

— Черт! — выругался пригнувшийся к рулю Быстров.

Черт был ни при чем. Его роль исполнял человек из плоти и крови с «Калашниковым» в руках. Он стоял на крыльце деревянной будки, похожей на сарайчики, в которых садовники хранят шанцевый инструмент.

Матвей ударил по тормозам, и новая очередь вспорола землю перед самыми колесами. Быстров дал задний ход, развернулся, выставил в окно «Узи» и нажал на курок. Одной рукой он продолжал управлять машиной, другой еле удерживал бьющийся, как в лихорадке, автомат. Попасть при таких условиях было практически невозможно, но случилось невероятное — пуля нашла цель. «Садовник» выронил «калаш» и рухнул на колени, прижимая к животу руку в красных разводах крови.

Быстров перестал стрелять и помчался к приземистому зданию с флюгером на коньке крыши. По словам Скотницы, в этом здании располагалась охрана поместья.

Матвей заложил вираж, чтобы на излете дуги оказаться напротив дверного проема.

Еще в лесу, вернувшись с рекогносцировки, он не только рассказал Марине о результатах своей вылазки, но и приготовил снаряд солидной разрушительной силы. Для этого он использовал мину, извлеченную из-под капота «паджеро», и детонатор, в который внес кое-какие усовершенствования. «Учебка», ты всему научила!

Спецагент резонно полагал, что в бою такая штуковина очень пригодится, и вот теперь, когда автомобиль поравнялся с крыльцом казармы, швырнул импровизированную гранату внутрь здания. Если он не напортачил, через пять секунд должно громыхнуть.

Пять, четыре, три, два, один...

Казарма вздрогнула, крыша подпрыгнула. По кузову «паджеро» застучали куски черепицы вперемешку с осколками стекол. Красный петушок спикировал с крыши, пытаясь клюнуть и без того помятый капот автомобиля, но Матвей вильнул, и пернатый флюгер вонзился в землю по самые лапы.

Столь впечатляющего эффекта спецагент не ожидал. Объяснение могло быть одно — детонация. Очевидно, «граната» заставила рвануть боезапас, имевшийся в распоряжении охраны. Солидный, надо заметить, запас. Был.

Здание разваливалось на глазах. Пылала и чадила синтетическая «вагонка», которой были обшиты стены. Из окон никто не выпрыгивал.

Матвей не хотел лишних жертв, но не собирался и рефлектировать, гадая, уцелел ли «секьюрити» у ворот и был ли кто живой в казарме до того, как он нашпиговал ее взрывчаткой, — теперь уж точно никого.

«Сказав «а», не будь «б», — наставлял подчиненных полковник Ухов. — Начав «работу», агент не имеет права на сомнения в целесообразности своих действий. Дозволено применять оружие, когда сочтешь нужным, так изволь соответствовать! Иначе ты — труп».

— А помирать нам рановато, — пробормотал Быстров, направив машину к стоявшей в отдалении белоснежной вилле.

Поместье Динозавра было немалой площади, такое не каждый политик себе позволить может. И не каждый бандит. Только авторитетные — что те, что другие.

Огромный «Хаммер» вывернул откуда-то сбоку и пошел на таран, чтобы сбросить «паджеро» в рукотворный пруд, на глади которого застыли бронзовые лебеди а-ля Церетели.

Матвей вмял в пол педаль акселератора.

— Я сейчас, — заторопилась Лисичкина, покинувшая-таки укрытие, и дважды выстрелила из «лилипута», опустошив его.

Это по «Хаммеру»-то! О, чистая душа, с нежностью подумал Быстров. Для армейского вездехода, слегка окультуренного в угоду гражданским потребителям, две такие пульки — что слону дробинки.