Книга Искатель, 2008 № 05, страница 24 – Журнал «Искатель», Алексей Талан, Николай Новиков

— Спишь, Андрей? — сердито спросил отец. — Я третий раз тебе звоню!

— В ванной был, — сказал я. — Что-то случилось, пап?

— Случилось! Мне с утра звонил следователь, этот... Даниэлян, или как там его...

— Габрилян, — подсказал я, — Карен.

— Неважно. Таню Бондарь нашли этой ночью, убитую. Пять ножевых ранений. В сумочке были кое-какие драгоценности из квартиры Бородулина. Этот твой Габрилян считает, что дело ясное, вроде как она не договорилась с перекупщиками, и те убили девчонку.

— Чушь собачья! — сказал я.

— Но он так и сказал мне!

— He бери дурного в голову, пап, — сказал я. — Теперь точно ясно, что Таня Бондарь не убивала Бородулина.

— Ты можешь это доказать? Опубликовать в печати? Мне надоели всякие там, понимаешь, наскоки! Сегодня уже третья статья появилась, охамели совсем, а я ответить не могу!

— Сейчас напечатаю, — сказал я. — Но подтверждений не жди. Потому что истинные убийцы Бородулина и Тани будут далеко отсюда. Ты этого хочешь, пап?

Похоже, отец понял, что не стоит нервничать и торопить события.

— У тебя есть какие-то доказательства? — спросил он.

— Есть гипотезы, а насчет доказательств — работаем.

— Андрей, я заплачу. Хорошо заплачу!

— Пап, тебя сразу послать или как? — разозлился я.

— Узнаю сына, — хмыкнул в трубку отец. — Ладно, Андрей, работай и держи меня, так сказать, в курсе.

Я пообещал и положил трубку. Потом посадил Борьку в клетку, наполнил его мисочки водой и всеми вкусными продуктами, какие были в холодильнике, и пошел на кухню готовить себе завтрак. Яйцо, сваренное вкрутую, и кофе меня вполне удовлетворили.

Значит, Таню убили. Жаль девчонку. Ценности Бородулиных оставили в ее сумочке. Зачем было убивать, если ценности не взяли? Только с одной целью — подтвердить, что Бородулина убила именно она. Вещдоки — налицо. Интересно, а Габрилян верит в эту версию? Я взял радиотелефон, набрал его служебный номер. Никто не подошел. Покончив с завтраком, я позвонил Басинскому.

— Ничего серьезного за «КШМ-банком» не числится, — сказал он. — Особо плотные связи с фирмой «Бриллиант», гендиректор Хачонкин Кирилл Васильевич, торгово-закупочные операции. Но ничего криминального.

— Спасибо, Гена, — сказал я и отключил трубку.

Гибель Тани Бондарь изменила мои планы. Вначале, как и предполагалось, я поеду в педуниверситет, а потом нужно будет снова встретиться с паном Ковальчуком и его девушками. Теперь они должны быть откровеннее со мной, нежели вчера. Габрилян, конечно, опередил меня, возможно, именно сейчас ведет задушевные беседы с девчонками, но я не в обиде.

Массивное здание педуниверситета только издали казалось солидным храмом науки, вблизи же напоминало декорацию к гениальному фильму Андрея Тарковского «Сталкер» — колонны с облупившейся штукатуркой и плохо стертыми сочинениями новых вагантов, выщербленные ступени, грязные двери... Не всем дано работать в современных офисах, кто-то и здесь должен трудиться в поте лица своего, зарабатывать на престижный курорт в Швейцарии.

С вахтершей вопрос решился просто — мое старое и безнадежно просроченное удостоверение сотрудника ФСБ действовало безотказно. Пожилая женщина даже в руки его брать не стала, услышав грозную аббревиатуру.

Я не стеснялся спрашивать редких обитателей храма науки, встреченных в бесконечных коридорах, и в конце концов оказался перед дверью кафедры иностранных языков. И тогда только понял, что не все сделал правильно. Ведь собирался позвонить, выяснить, когда у вдовы лекции, чтобы прийти в ее отсутствие. Но известие о смерти Тани выбило из колеи, не подготовил визит. А если она сейчас там, за дверью? Рановато нам снова встречаться...