Книга Тайна из тайн, страница 258 – Дэн Браун

То, что происходило у Предела… происходило сейчас. Лэнгдон надеялся, что этот гараж достаточно далеко от эпицентра, чтобы избежать ударной волны.

— Садись вперед! — крикнула Кэтрин, распахивая заднюю дверь седана и вскарабкиваясь внутрь. Лэнгдон прыгнул за руль, и они одновременно захлопнули двери. — Ложись и пристегни…

Стекла машины разлетелись вдребезги, и ледяной вихрь ворвался в салон. С силой проносящегося скоростного поезда ураган прокатился по гаражу, погасив весь свет и подбросив седан, словно игрушку. В одно мгновение они оказались в кромешной тьме вверх ногами, пока машину бросало из стороны в сторону по полу гаража.

— Кэтрин! — Лэнгдон закричал в оглушительном хаосе, вцепившись в руль и пытаясь удержаться, пока машину переворачивало. Говорят, что бочка на истребителе — самый плавный маневр, потому что центробежная сила прижимает тебя к креслу. Теперь Лэнгдон убедился в этом… по крайней мере, на несколько секунд.

А затем последовал удар.

Седан врезался во что-то неподвижное и резко остановился.

Лэнгдон сорвался с сиденья и с размаху упал грудью… куда-то. Ошеломленный, в полной темноте, он ощущал пронизывающий холод. Мозг быстро просканировал тело, диагностируя лишь ссадины и синяки, но не переломы. Ярость взрыва стихла так же внезапно, как и началась. Сирены тоже замолчали.

В ушах Лэнгдона звенело, и в кромешной тьме он полностью потерял ориентацию. Вокруг воцарился жгучий холод, хотя он чувствовал, что все еще находится внутри машины.

— Кэтрин? — робко позвал Лэнгдон.

Ответный голос был слабым, но совсем рядом. — Здесь. Лэнгдона охватило облегчение. — Ты в порядке?

— Не… уверена, — с трудом выдохнула она. — Ты… давишь на меня.

Лэнгдон осознал, что лежит прямо на ней. Аккуратно он перенес вес на одну сторону и откатился. Его плечо болезненно впилось в осколки разбитого стекла, и он снова переместился, пытаясь найти устойчивое положение. Приходя в себя, он понял, что машина, в которой они укрылись, перевернута, и теперь они лежат на потолке салона.

Продвигаясь в темноте, он наощупь добрался до рамы разбитого окна. Проем казался слишком узким, чтобы пролезть, и он продолжил ощупывать внутренности автомобиля, пока не нашел большую дыру — лобовое или заднее стекло. Ухватившись за край, он рванулся вперёд, протиснувшись в проём и вывалившись на твёрдый пол гаража.

Пол был скользкий и холодный, будто покрытый инеем. Лэнгдон развернулся на четвереньках и потянулся назад, к проёму.

— Кэтрин, сюда, — сказал он как можно спокойнее, с тревогой поинтересовавшись, не ранена ли она. — Ты можешь найти мою руку? Ты не пострадала?

В темноте слышалось её движение, и он продолжал говорить, направляя её. Наконец, их руки соприкоснулись. Пальцы Кэтрин были ледяными, она дрожала от шока. Осторожно он потянул её к себе, помогая выбраться из машины. Она тут же вскочила на ноги и крепко обняла его.

Обнимая её, Лэнгдон испытал чувство дежавю — снова сжимать её в холодной тьме, испытывая всепоглощающее облегчение от того, что она спаслась.

— Моя сумка... — прошептала она. — Я потеряла её...папку...

— Забудь, — он прижал её крепче. Мы живы. Это главное.

Лэнгдон не понимал, что именно произошло и насколько велики разрушения, но подозревал, что в ближайшие дни правительству США придётся отвечать на множество вопросов. Возможно, теперь он и Кэтрин — последняязабота ЦРУ.