Книга Тайна из тайн, страница 193 – Дэн Браун

Поднявшись по лестнице в кабинет посла, Кёрбл ждал, пока Нагель скинет пальто, схватит бутылку воды и затем, к его удивлению, начнёт печатать на компьютере, тщательно сверяясь с бумагой, извлеченной из кармана пальто. Наконец, компьютер издал звук отправки письма.

Ваш атташе мертв, а вы рассылаете письма?

— Хорошо, Скотт, — сказала она, обращая к нему всё своё внимание. — Я надеюсь, конверт чист?

— Полное сканирование, — заверил он, пропустив конверт через все процедуры проверки безопасности для входящей почты. — Посторонних веществ нет. — Он достал конверт из внутреннего кармана и положил перед ней.

Нагель подняла его. — Корзинка с котятами?

— Мэм?

— Убийца написал мне на бумаге с котятами?! — Она ткнула пальцем в логотип с корзинкой котят на конверте.

— Да, мэм. Он взял бумагу из квартиры мисс Весны. Она, кажется, любит кошек.

Нагель схватила нож для вскрытия писем и аккуратно провела лезвием под швом конверта. Затем она извлекла лист такой же бумаги, сложенный пополам.

Сержант Кёрбл не видел, что было написано в письме, да и реакцию посла разгадать не мог. Но текст был явно короткий.

Через мгновение после прочтения она положила письмо текстом вниз на стол и подошла к окну. Минувших десяти секунд в тишине хватило, чтобы она обернулась к Кёрблу.

— Спасибо. Мне нужно побыть одной.

Вход в «проект реконструкции» убежища Фолиманка находился точно там, где указал посол Нагель — в промышленной части города, между железнодорожными путями, оживленной улицей и юго-западным углом парка Фолиманка.

Небольшой треугольный участок земли с входом, окруженный металлическим забором, носил название Острчилово площади. За годы это «пространство» сменило множество назначений — от неудачной детской площадки до импровизированного скейт-парка, а в последнее время стало пунктом сбора вторсырья. Однако последние несколько лет армия инженеров использовала его как плацдарм для «реставрации» пришедшего в упадок бомбоубежища 1950-х годов.

Кэтрин почувствовала нарастающее напряжение, когда Лэнгдон ехал вдоль высокого барьера — сплошной восьмифутовой стены с табличками, предупреждающими:

ВХОД ВОСПРЕЩЕН / ZUTRITT VERBOTEN / ENTRY FORBIDDEN

В конце стены Лэнгдон повернул налево и медленно проехал вдоль второй стороны треугольника, где был установлен большой информационный стенд с диаграммами и текстом, объясняющим происходящее за оградой:

Проект восстановления парка Фолиманка / Folimanka Park Recovery Project

Укрепленные ворота в стене были закрыты, и лишь небольшой участок их панели позволял разглядеть то, что находилось за ними. Двое солдат в черной форме патрулировали свежеуложенную дорогу, ведущую вниз к широкому арочному тоннелю, уходившему под парк Фолиманка. Вход в тоннель преграждали выдвижные стальные столбы.

— Какая внушительная охрана для проекта реставрации, — заметил Лэнгдон, вытягивая шею, пока они проезжали мимо.

Скрытый правительственный проект… на виду у всех.

Кэтрин в последний раз украдкой взглянула на вход в тоннель, когда они проезжали мимо. Кроме неприметных охранников у входа, она не увидела ни грузовиков, ни персонала — ничего. Казалось, посол был прав: Порог сейчас бездействует.

Лэнгдон повернул налево и поехал вдоль третьей, последней стороны ограждения, тянувшейся параллельно западной границе парка Фолиманка.