Книга Тайна из тайн, страница 17 – Дэн Браун

— Зачемвы подняли тревогу, сэр? — повторил менеджер, пристально глядя на него.

— Извините… — ответил Лэнгдон, у него начали стучать зубы. — Я… растерялся.

— Из-за полиции в холле? Я же сказал, это ерунда! — Менеджер едва сдерживался.

— Мне нужно знать — можно ли возвращаться внутрь?

Лэнгдон видел, как гости всё ещё выходят через аварийный выход, и мог только представить хаос у главного входа. Этого им не объяснить. Они подумают, что я сошел с уда.

— Профессор Лэнгдон, — озвучился менеджер, и в его раздраженном голосе появилась злость, — мне нужен ответ! Четыреста гостей стоят на улице под снегом. Здание безопасно? Да или нет! Можно ли вернуться внутрь?

Лэнгдон снова увидел женщину в черном сияющем венце… серебряное копье… смрад смерти. Должно быть другое объяснение. Мир так не устроен! Возьми себя в руки, Роберт.

Лэнгдон наконец кивнул. — Да… я думаю, безопасно. Прошу прощения. Как я сказал… я растерял...

— Выключите тревогу! — сказал менеджер охраннику, который тут же отпустил Лэнгдона. Пока тот балансировал на дрожащих ногах, охранник достал рацию и отдал приказ, а менеджер что-то быстро говорил в телефон.

Через несколько секунд сирены умолкли, уступив место вою приближающихся машин экстренных служб. Менеджер закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Затем он снова открыл глаза, спокойно стряхнул снежинки с темного костюма.

— Профессор Лэнгдон, — прошептал он сквозь стиснутые зубы, — мне нужно встретить власти. Охранник сопроводит вас в номер. Никуда не уходите. Властям нужно с вами поговорить.

Лэнгдон кивнул в знак понимания.

Пока менеджер торопился прочь, охранник провел Лэнгдона через маленький служебный вход к черной лестнице. Кроссовки Лэнгдона хлюпали на каждом шагу, пока они поднимались к Королевскому люксу. Дверь была открыта, свет горел — точь-в-точь, как он оставил.

«Оставайтесь здесь», — приказал охранник, указывая в комнату.

Лэнгдон не знал чешского, но по языку тела охранника все было предельно ясно.

Заходи и не выходи. Лэнгдон кивнул и вошел в номер один, закрыв за собой дверь.

Окно, из которого он выпрыгнул, по-прежнему было распахнуто настежь, а букет цветов на подоконнике уже поник под ледяным холодом. Красно-бело-голубые тюльпаны были подарком посла США Кэтрин в честь ее предстоящей лекции — их цвета соответствовали флагам Америки и Чехии.

Лэнгдон закрыл окно, с мрачными мыслями вспомнив, что именно практика дефенестрации — выкидывания жертв из высоких окон — послужила причиной начала как Гуситских войн, так и Тридцатилетней войны. К счастью, окно гостиничного номера Лэнгдона находилось значительно ниже, чем башня Пражского Града, и несмотря на переполох, который он устроил этим утром, Лэнгдон сомневался, что развязал хоть одну войну.

Мне нужно поговорить с Кэтрин… рассказать ей, что я видел.

Столкновение на Карловом мосту было настолько ошеломительным, что Лэнгдон не припомнит ничего подобного, и несмотря на открытость Кэтрин ко всему «паранормальному», Лэнгдон сомневался, что даже она сможет это объяснить.

Надеясь, что она могла отправить сообщение о том, что благополучно покинула отель, Лэнгдон полез в карманы своих промокших спортивных брюк за телефоном, но его там не оказалось — скорее всего, он теперь покоится на дне Влтавы.