Книга Тайна из тайн, страница 145 – Дэн Браун

Приближающаяся женщина была элегантной темноволосой красавицей — несомненно, одна из самых впечатляющих женщин, которых Павел видел во плоти. Она шла на стройных ногах с осознанной грацией моделей на подиуме. Она запросто могла оказаться фантазией из «Дрим Зоны» Павла... если бы не одна проблема: по бокам от неё вышагивали два морпеха США в парадной форме посольства и с оружием.

На площадке винтовой лестницы Лэнгдон стоял над тлеющей горой пепла, убеждаясь, что ни единого уголька не осталось.

Этот пожар сделан возможным благодаря Procter & Gamble, мысленно поблагодарил он за маленький флакон антисептика, найденный на дне сумки Кэтрин. Safeguard содержал 80 % спирта, и Лэнгдон щедро намазал им первую страницу рукописи Кэтрин перед тем, как свернуть лист в трубку для концентрации паров. Вставив трубку в решётку для вертикального положения, Лэнгдон поджёг пластиковую обёртку Le Postcard прямо напротив отверстия. Как и ожидалось, фольга сгорела мгновенно, но концентрированные пары воспламенились, и пропитанная гелем трубка вспыхнула.

Дальше всё произошло быстро.

Чешская типографская бумага горела быстрее, чем ожидал Лэнгдон; на мгновение он испугался, что совершил ужасную ошибку и поставил под угрозу всю библиотеку. Огонь распространился за считанные секунды. Вставляя новые страницы, Лэнгдон также выдавил остатки воды из бутылки Кэтрин и швырнул пластик на рукописные листы, вызвав клубы чёрного дыма от плавящегося пластика. Лэнгдон редко цитировал Шекспира, но этот инцидент явно заслуживал великого барда. Всё хорошо, что хорошо кончается, успокоил он себя, учитывая, что мог сжечь бесценную библиотеку или быть застреленным.

Теперь же, убедившись, что ничего не забыто, он взвалил на плечо сумку Кэтрин, ощутимо полегчавшую без рукописи и воды. Она уже молча спустилась вниз, убитая гибелью своего труда. Лэнгдон не сомневался: она поймёт, что он сыграл на максимуме возможного.

Мы живы.

Спускаясь по ступеням, Лэнгдон слышал несколько голосов у книжного шкафа, надеясь, что среди них сотрудники музея.

«Мистер Лэнгдон?!» — донёсся низкий голос сквозь дверь с американским акцентом. «Я капрал охраны посольства, Дадли Морган.»

Лэнгдон и Кэтрин переглянулись в изумлении. Быстро они сработали.

«Можете выходить, сэр», — заявил мужчина. «Гарантирую: лейтенант УЗСИ, угрожавший вам, разоружён, а тревога отменена».

Лэнгдон не знал, что такое «синяя тревога», но присутствие посольства определённо предпочиталось УЗСИ.

«Откройте дверь, сэр.» Голос вежливый, но твёрже.

Кэтрин тут же принялась отвязывать рукав своего пальто от дверной ручки. «Постой!» — шёпотом остановил её встревоженный Лэнгдон. «Возможно, это переодетый УЗСИшник.»

То ли десятник прочёл его мысли, то ли подслушал сквозь дверь — но сразу под ней приземлился пластиковый пропуск. В полумраке мелкий текст читался с трудом, но зато выпуклый символразвеял сомнения: белоголовый орлан со звёздно-полосатым щитом.

Снаружи книжного шкафа Дана Данек волновалась, ожидая, пока откроется потайная дверь. Не прошло и десяти минут, как посол Нагель вбежал в её кабинет с приказом — с сопровождением морпехов отправляться в Клементинум спасать американца.

Миссия выполнена, подумала она. Хотя почти на волоске.

Лейтенанта Павела уже увели из библиотеки в комнату для допросов, а его начальники получили уведомление. В УЗСИ взбесились, узнав о приказе «Вмешательство посольства США в официальный «Синий сигнал тревоги» — каковы бы ни были его причины — хотя у них не было выбора, кроме как немедленно выпустить «Опровержение тревоги».