Книга Студент: Назад в 90ые, страница 61 – LikanTrop

Через два часа я шел прогулочным шагом в сторону своей «школы» изрядно пришибленным от того, что увидел. Коррупция, бандитизм, сбитая коляска с ребенком, самоотпиливание руки в духе «Пилы» и подробные пытки утюгом, а единственный хороший персонаж – мент, в итоге посажен своими же коллегами-коррупционерами за решетку. И это советское кино? Нет! То что страна катится в пропасть, я и так понимал. Но чтобы ТАКОЕ уже в 88 крутили в советских кинотеатрах?

В своих размышлениях о столь удивительных метаморфозах в разрезе целой страны я и не заметил, как оказался у КПП. Отдал пропуск и, пройдя вертушку, поднялся в свою комнату. Между тем в общаге жизнь забила ключом, а внутри моей многоместной комнаты четверо мужиков смотрели телевизор. Время подходило к восьми и новые соседи подтягивались к вечерней поверке.

— Слава, – протянул я руку подошедшему ко мне опрятно-выбритому мужику с усами, от которого за километр несло ментом.

— Александр Григорьевич. Для своих Саша. Я старший комнаты. Ты новенький?

— Да. В субботу привезли из Бутырки. Хранение патронов, дедовские, наградные, – услышав мои пояснения, мужик поморщился и начал объяснять местные правила:

— Прости, парень. Не люблю сидельцев. Ничего личного, я бывший милиционер, тоже по глупости сюда попал, - неопределенно махнул рукой Саша, - короче, у нас комната образцовая, всегда порядок, зато и весь состав на выходные гуляет. Мы на хорошем счету у опер части. Потому сразу предупреждаю – будут залеты, тут же доложу администрации. Это понятно?

— Так точно, - хмыкнул я и кивнул. Правила бывший мент обрисовал мне те, которые я и так знал. Не пить, не опаздывать, не иметь залетов на работе и на воле. Его как старшего комнаты задача была информировать ментов в случае каких-либо происшествий и напрягов среди жильцов комнаты. Запах алкоголя, новые или дорогие вещи и т д. Все это сразу докладывалось в опер часть. Поэтому, сделав вид, что внимательно слушаю про порядки этого заведения, я рассматривал бывшего ментяру на предмет будут ли с ним у меня проблемы или нет. И на первый взгляд мужик казался адекватным.

— Я смотрю ты приодеться успел? – от внимания мента не укрылся мой новой небедный прикид.

— Да, утром родственник заезжал – свозил на рынок, - врать, что это мне мою одежду привезли было бы глупо, мент не дурак, видит, что шмотью новое и ни разу не ношенное.

— Ну-ну, ты с дорогими вещами поаккуратнее, если что – доложу обо всем и даже не поморщусь, - кивнул на мои вещи Александр, а я внутренне скривился. Нет, не потому что не любил стукачей, они обязаны тут быть, иначе старшим комнаты бы не назначили. Да и к ментам такие правила не относятся. А потому что сам затупил, я настолько дорвался до новой одежды и так хотел переодеться с тюремного шмотья во что-то свежее, что даже не подумал о последствия своего внешнего вида. Хорошо хоть я сделал это сейчас, а не по ходу отсидки. Тогда вопросов было бы больше – а так, я по сути для Александра в этой одежде в комнату и заехал:

— А что по выходным? Когда смогут отпустить по месту прописки? Я с Долгопрудного – тут не особо далеко.

— Теперь, что касается выходных, – продолжил свою лекцию бывший мент, - На работе, если у тебя все хорошо, то и я напишу в заявлении, что в жил помещении все у меня в порядке и в виде поощрения можно отпустить тебя по адресу проживания. В пятницу после работы пишем все заявления и сдаем мне, и я как старший комнаты отношу их в спец часть, где заявы подписывают. Потом в субботу с утра, а лучше в пятницу хоть ночью, заезжаешь в отдел по месту прописки, где тебе поставят штамп и пометят у себя в журнале, что поставили тебя на эти дни на учет. Имей ввиду, в случае каких-либо проблем на районе, тебя будут первым пробивать на причастность к этому преступлению. Также в воскресенье ты тоже ставишь отметку в увольнительной, что отбыл на место отбывания наказания. Короче, на работе норм и тут норм, то выехал, если начнешь чудить, то будешь сидеть тут или закроют на общий режим. В месяц пару тройку лоботрясов закрывают из-за этого. Но имей ввиду, в первую неделю можешь даже не пытаться – не отпустят.