Книга Студент: Назад в 90ые, страница 22 – LikanTrop

— Футбол люблю, но не болельщик, а вот бокс – второй разряд, с детства занимаюсь

— О! Наш пацан! На – держи! – достал из мешка из-под кровати синие легкие треники с белыми полосками Вован. Вообще в маленькой камере действительно жили общим. Особенно это касалось еды. Не будет же кто-то в метре от остальных жевать передачку и не поделиться с остальными. А вот в больших камерах там уже можно найти себе семейников так называемых близких тебе людей, с которыми ты можешь делить еду и сигареты, но при этом нужно уделить внимание и общаку. В больших камерах есть арестанты кого не греют. Может нет близких, например, сирота парень. Может попал в чужом городе в неприятности, и родные, когда еще доберутся с другого конца страны, а курить и получить самое необходимое он как раз и сможет с общего.

Но это касается порядочных арестантов. В тюрьме порядочным считается заключенный соблюдающий традиции уголовного мира и не испортивший себе репутацию в прошлом. То есть, если человек живет по тюремным правилам, то может быть окружен поддержкой и заботой остальными такими же арестантами, поддерживающими эти правила. Вот для этого и существует тюремный уклад. Понимание как себя вести и что можно делать или говорить, объясняется новому человеку сразу и потом сам новенький решает к какому лагерю прибиться и что он хочет от жизни за колючей проволокой. С этой точки зрения Губа повел себя грамотно, явно кто-то в свое время объяснял.

— Я, кстати, тоже областной – из Балашихи. Дядю Гену уже знаешь, этот фраерок тощий - сирота московская, так и обзываем - Сирота, ну а Губа – ваш, из Долгопы вроде. Хотя по его рассказам хер поймешь

— Да я - то там, то здесь, ща вот тоже в Долгопе обитаю. Студент, за Сашу Хромого слышал? – я покачал головой, - самый уважаемый человек в городе. Ну да ты ж студент, откуда тебе знать.

— О! Обед, - хлопнул по коленкам дядя Гена и первым подорвался к открывшемуся окошку с миской в руке. На столе быстро появилась нехитрая посуда и алюминиевые кружки (на фене – фанычи) с мутной желтой жидкостью – предположительно чаем. Гороховый суп и макароны с подливой, немного сахара и соль. Батон дали целиком, его тут же умело порезали скрученными нитками, резало не хуже лески или даже ножа. Насытиться толком не вышло, но помогли продукты из общака. Грели тут, насколько я понял, только Губу и Вовку, но грели хорошо – сухая колбаса, сыр, лук и чеснок, а под чаек - вафли и печенье. Кстати, вафли в тюрьме вафлями не называли, исключительно печенье в клеточку, не скажешь же соседу – на, вафлю поешь!

По ходу тюремного застолья, дергая информацию тут и там, а в основном от разговорчивого Губы, выяснилось кто как тут оказался. Дядя Гена был деревенским и приехал в Москву к какой-то дальней родне, облапошили его на второй день, подробностей не понял, но обидчика дядька нашел и в счет обмана получил шапку. Ну и поехал по статье «Разбой». За драку на дискотеке в результате которой образовался труп заехал Вовка Футболист, он и правда был из балашихинской группировки и «братаны» его изрядно грели. Вообще, судя по легкомысленному отношению, Вовка относился к происходящему чуть ли не как к поездке в санаторий. Адвокат передал весточку с воли, что все будет на мази и суда Футболист ожидал с оптимизмом. Ну а Сирота – реально был сиротой, стырил что-то по мелочи на рынке.