Онлайн книга «Студент: Долгопа»
|
Но мальчишки во дворе ценили другие увлечения и интересы. А потому по мере взросления Вася оказался в отшельниках, превратился в предмет насмешек. Апофеозом стало предательство Саньки Чугайнова, бывшего закадычного друга и однокашки, который при всех разболтал, что мама зовёт Васю «Солнышком». Так за Василием и приклеилось это унизительное прозвище — Солнышко. Отвергнутый, высмеянный коллективом, Вася впервые столкнулся с ледяным одиночеством и принял решение, ставшее установкой на всю дальнейшую жизнь: во что бы то ни стало вернуться в стаю. Доказать, что он достоин быть частью коллектива, быть своим. Первым делом он записался на бокс. Но с его субтильным телосложением и поздним стартом (в 16 лет там уже не «учились», а всё умели) толку было мало — в основном получал тумаки сам. Учёбу и музыку он, кстати, не бросил — боялся огорчать мать. Не вышло короче со спортом. Получив от ворот поворот от очередного «коллектива», Вася с тем же отчаянным энтузиазмом отправился в армию. А потом, впервые в жизни наперекор материнским слезам и уговорам, согласился на отправку в Афганистан. Да и что те уговоры? Поздно было что-то менять. Поезд ушёл, согласие было дадено. Учебку он проходил в Туркестанском военном округе. «Отцы-командиры», оказались люди практичные, быстро смекнули: с его технической сметкой и абсолютным слухом (который пригодился не только для баяна, но и для радиодела) в пехоту, под пули, отправлять —расточительно. Поэтому в Афган, в Баграм, рядовой Котов попал в конце 1985 года сразу в роту связи при штабе полка. Задача была ясна: обеспечивать радиосвязь, работать на узлах связи. Два года он просидел на радиорелейных станциях, помогал шифровальщикам настраивать хитрую аппаратуру, чинил линии связи на территории части. За периметр он выходил считаные разы. Но и не сказать, чтобы туда рвался. Там, в Баграме, Вася наконец-то обрёл друзей. Его приняли. По вечерам он доставал трофейную гармонь (выменял у какого-то прапорщика), и под музыку собирал вокруг парней, уставших от войны и зноя. Тогда он был практически счастлив. Цель, поставленная в юности, была достигнута: он стал частью коллектива. И решил для себя: держаться за это до конца. Весной 1987 года колонна с водой и провизией, которую сопровождали связисты для настройки ретранслятора, попала под миномётный обстрел недалеко от расположения части. Прямых попаданий не было, но осколок от разорвавшейся рядом мины чиркнул Васю по руке. Ранение — царапина. Но главная беда случилась в момент падения с БТРа: неудачно завалившись, он сильно ударился головой о камень. Медкомиссия в Кабуле решила: «Комиссовать». Обратно в Союз Вася ехал в одном вагоне с пересылки вместе с дембелями. Там он и познакомился с Максимом Корнеевым. Макс отслужил срочную водителем в Кабуле и возвращался к родителям в Москву. За бутылкой водки и нехитрой закуской (килька в томате, плавленый сырок, чёрствый хлеб) сошлись накоротке. Вася, переполненный чувствами и в силу врождённой доверчивости, как на духу выложил новому знакомому всё: про маму, про Мозырь, который стал ему ненавистен, и про то, что он совершенно не представляет, как жить дальше. Максим слушал, кивал, наливал. А на прощание сунул клочок бумаги с адресом и телефоном, пообещав: «Если что — приезжай. В Москве помогу, может и пристроим куда». |