Книга Желание женщины, страница 15 – Анна Светлова

Когда я уже почти дошла до мусоропровода, дно коробки неожиданно раскрылось, и всё, что я решила выбросить, покатилось по ступенькам.

Сердце замерло. Гирлянды, шары и старые игрушки с глухим стуком начали падать на пол. На мгновение я застыла, наблюдая за этим беспорядком, словно он был отражением моих собственных чувств — разбросанных, потерянных и никому не нужных.

Собирая вещи, я почувствовала, как безысходность охватывает меня. Эти вещи когда-то приносили радость, а теперь стали тяжестью для души.

— Чёрт! — вырвалось у меня, как только я увидела, что одна из гирлянд зацепилась за перила и повисла в отчаянной попытке удержаться за что-то важное. Я оттолкнула её ногой, но она лишь покачнулась.

Я продолжала собирать остальные вещи, но они больше не имели для меня никакого значения. Хотелось избавиться от боли и воспоминаний.

Мне показалось, что собственный голос звучит издалека — тонкий и смешной, как у девочки, изображающей взрослую женщину. Мне стало ужасно себя жалко; горло перехватывало от непреодолимого желания плакать. Я опустилась на ступеньку и положила голову на решётку перил.

Вокруг меня царила тишина, но внутри раздавался гул моих собственных слёз — они были как маленькие ручейки, пробивающиеся сквозь камни. Почувствовала себя потерянной в этом мире старых игрушек и разбитых надежд.

Внезапно я услышала голос. Кто-то поднимался по лестнице, разговаривая по телефону. Слов было не разобрать, но голос был до боли знакомым, эхом отзываясь в моём сердце. Я никак не могла вспомнить, кому он принадлежал, когда внезапно снова его услышала, теперь уже совсем рядом. И вот передо мной стоял тот самый незнакомец, с которым я целовалась в новогоднюю ночь.

Сердце забилось быстрее, когда я его увидела: он казался таким же реальным, как в моём сне. Тёплые глаза светились добротой, а улыбка была такой же, как тогда. Она заставляла меня чувствовать себя особенной и желанной. Неужели это действительно он?

— Здравствуйте, — произнёс незнакомец, закончив разговор и убрав телефон в карман. Его голос звучал так же, как и в моих воспоминаниях, вызывая смешанные чувства радости, удивления и лёгкой тревоги.

— Здравствуйте, — ответила я, стараясь скрыть волнение.

Внутри бушевали эмоции, и слова застревали в горле. Он смотрел на меня спокойно и доброжелательно, как будто не было ничего удивительного в том, что я сидела на ступенях подъезда.

Мужчина сделал шаг ближе, и я ощутила знакомый аромат одеколона — тёплый и манящий, словно обещание чего-то большего.

— Почему вы решили избавиться от этих часов? — спросил он, поднимая часы с пола. — Они ведь не сломаны.

— Зато безбожно врут, сколько бы я их ни чинила, — ответила я.

— А хотите, я их отремонтирую? Они ещё долго будут служить, — предложил он с широкой улыбкой.

Я с удивлением взглянула на него. В его глазах светилась искренность, и в тот момент я поняла, что этот человек способен вернуть к жизни не только часы.

— Ой, простите, забыл представиться. Меня зовут Николай. Точнее, Суханов Николай Егорович, — сказал мужчина, протягивая руку.

Внутри меня что-то оборвалось при звуке его имени.

— Маша. Мария Викторовна Зимина, — произнесла я, протягивая трясущуюся ладонь.

Его рукопожатие было мягким и уверенным; затем он осторожно прикоснулся к кончикам моих пальцев губами.