Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 35 – Лея Вестова

А ночами я сидела рядом с Дмитрием, и мы вместе, как два заговорщика, анализировали полученные данные, строили схемы на бумаге, пытались предугадать следующий ход врага, следующий ход нашего вероломного «союзника».

Он был моим единственным якорем в этом море обмана. Его спокойствие, его методичность, его несгибаемая уверенность в том, что мы на правильном пути, не давали мне сойти с ума. Холодная стена, возникшая между нами после той ужасной ссоры, рухнула без следа. Ее просто не осталось. В условиях, когда твоя жизнь каждую секунду висит на волоске, не остается места для обид и недоверия. Ты либо доверяешь человеку рядом с тобой абсолютно, безгранично, либо вы оба погибаете.

Наши отношения перешли на новый уровень — мы стали боевыми товарищами, чьи жизни зависели друг от друга. Мы стали единым целым, одним механизмом, работающим на выживание. Иногда, поздно ночью, когда мы оба валились с ног от усталости, наши руки случайно соприкасались над разложенными на столе бумагами, и по телу пробегала электрическая искра. Мы быстро отдергивали руки, но оба чувствовали это. В аду нашей войны, в этом холодном, безликом убежище, рождалось что-то новое. Хрупкое, но настоящее. Доверие, выстраданное в общем страхе. Близость, закаленная в огне общей опасности.

Следующая передача от Элеоноры состоялась через два дня. На этот раз протокол был еще более изощренным, пропитанным паранойей. Кодовое сообщение на одноразовый телефон пришло в три часа ночи, вырвав меня из тревожной дремы. «Казанский вокзал. Камера хранения No117. Ключ под скамейкой напротив. У тебя один час». Дмитрий, спавший в кресле в гостиной, мгновенно проснулся от сигнала. Он не стал ничего говорить, просто молча кивнул, на ходу натягивая куртку. Снова я осталась ждать, вцепившись в телефон, наблюдая, как на экране утекают драгоценные минуты.

Он вернулся через полтора часа, молчаливый и сосредоточенный. На этот раз в ячейке камеры хранения была не флешка. Там лежал старый, потертый ежедневник. Дмитрий тщательно проверил его на наличие «жучков» и других сюрпризов, прежде чем передать мне. Внутри, на одной из страниц, было обведено одно-единственное имя.

Петр Михайлович Сомов. Начальник Службы Безопасности. Уволен.

Ниже шли адрес прописки, номер старого, уже не работающего телефона и короткая, ядовитая приписка от Элеоноры: «Цепной пес. Знает все команды хозяина. Но кусается, если загнать в угол».

Петр Михайлович. Человек, который двадцать лет проработал бок о бок с моим отцом. Человек, который нанимал актера Зайцева. Прямой исполнитель. Ключевое звено, связывающее верхушку заговора с грязной работой. Элеонора не дала нам прямого компромата. Она дала нам инструмент. Оружие, которое мы должны были использовать сами.

— Он — наш шанс, — сказала я, глядя на Дмитрия. — Он знает все. Если мы заставим его говорить, у нас будет все.

— Если он еще жив и если мы сможем его найти, — реалистично парировал Дмитрий. — Такие, как он, долго не живут после того, как становятся ненужными свидетелями.

Началась охота. Дмитрий активировал всю свою подпольную сеть. Я видела, как он работает, и понимала, в какой опасный мир он погружается ради меня. Его разговоры по телефону были короткими, зашифрованными, полными намеков и старых кодовых слов. Он звонил людям, чьи имена звучали как клички из криминальных сериалов, и его голос приобретал ту самую жесткую, уличную интонацию, от которой у меня по спине бежал холодок. Он пускал в ход старые долги, обещал баснословные деньги, давил на нужные рычаги.