Книга Месть. Цена доверия, страница 28 – Лея Вестова

— Прошу прощения, — сказала я, и мой голос прозвучал в наступившей тишине четко и уверенно.

Все взгляды — удивленный и раздосадованный взгляд Стаса, заинтересованные взгляды европейской делегации, испуганные взгляды наших сотрудников — обратились ко мне. Адреналин ударил в кровь. Пути назад не было.

— Алексей, — продолжила я, глядя ему прямо в глаза, — я правильно понимаю, что основная ваша озабоченность связана с возможными задержками груза на таможне в странах, не входящих в Евросоюз?

Алексей внимательно посмотрел на меня. Его взгляд был холодным, как сталь, оценивающим, но в нем промелькнуло что-то еще. Интерес? Любопытство? Или просто удивление?

— Совершенно верно, Анна Владимировна, — ответил он после небольшой паузы. — Любой день простоя в порту или на границе — это серьезные финансовые потери для нас и для наших клиентов.

— В таком случае, — продолжила я, чувствуя, как ко мне возвращается уверенность, как в голове проясняются мысли, — возможно, нам стоит рассмотреть альтернативный маршрут, который предлагал мой отец в своих рабочих записях. Северный коридор через порт Хельсинки. Это незначительно удлинит морскую часть пути, но полностью исключит транзит через политически нестабильные территории. С точки зрения итоговой стоимости и сроков доставки это будет сопоставимо с вашим текущим предложением, но уровень гарантий надежности — на порядок выше.

В комнате повисла тишина. Стас смотрел на меня так, словно я вдруг заговорила на древнем санскрите. Его лицо выражало смесь шока, недоумения и плохо скрываемого раздражения. Краснов открыл рот и забыл его закрыть. Петрова нервно теребила ручку.

Алексей откинулся на спинку кресла и впервые за всю встречу позволил себе легкую, едва заметную улыбку.

— Интересное предложение, Анна Владимировна, — сказал он задумчиво. — Весьма интересное. Но почему ваш отец в итоге от него отказался?

— Он не отказался, — ответила я, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось как бешеное. — Он отложил рассмотрение этого варианта, потому что на тот момент у нас не было надежного складского партнера в порту Хельсинки. Но за последний год ситуация кардинально изменилась.

— Вы хотите сказать, что у вас теперь есть такой партнер? — в его голосе прозвучала нотка неподдельного интереса, и я поняла, что попала в точку.

— Я хочу сказать, что мы готовы обеспечить такое партнерство в кратчайшие сроки, если это станет ключевым условием для подписания нашего контракта, — твердо ответила я, глядя ему в глаза.

Стас попытался вмешаться, вернуть себе контроль над ситуацией:

— Аня, дорогая, это все очень интересно, но давайте не будем усложнять...

Но Алексей его проигнорировал. Он продолжал говорить исключительно со мной, как будто в комнате больше никого не было.

— А что насчет таможенного оформления? — спросил он. — Финские процедуры довольно бюрократизированы.

— У нас есть опыт работы с финской таможней через наших субподрядчиков, — ответила я, мысленно благодаря отца за то, что он действительно прорабатывал этот вариант. — Плюс мы готовы привлечь местного брокера, который специализируется именно на российско-финских перевозках.

Он задавал мне вопросы — технические, финансовые, юридические. И я отвечала. К моему собственному удивлению, я знала ответы. Последние дни я не спала ночами, изучая именно эти документы, именно эти проекты, именно эти маршруты.