Книга Предатель. Не верю тебе!, страница 44 – Виктория Вильманн

— Он просто раскрыл мне глаза.

О да, от такого ядрёного перегара и не такое произойдёт. Нашёл у кого совет жизненный перенимать. Тот человек едва ли вообще соображал, что он говорит.

— Однако ты всё равно хочешь вернуть меня домой. Получается, что всё устраивает?

— Имею надежду на то, что ты совершишь работу над ошибками. Если ты не хочешь, чтобы подобные звонки на мой телефон вновь поступали. Ты ведь заинтересована в том, чтобы я не обращал внимание? Ухоженная женщина очень привлекательна…не то, что ты.

Ловлю на себе взгляд мужа. А точнее то, как он скользит по моему свитеру, на котором виднеются капли чего-то непонятного. Хотя, мне весьма понятна природа их происхождения. Это с моих рук Злата не слезает. А Саша и вовсе забыл, что является отцом.

Слова, сказанные Сашей, задевают меня за потаённые струны души.

Мне обидно слышать такие слова за то, что все мои силы брошены на поддержание уюта дома, на воспитание дочери и прочих благ, свелись к нулю. Рубашки сами себя не стирают и не гладят. Едва в кастрюле не появляется только по одному нашему желанию. Как и пыль в доме, она сама никуда не исчезнет!

Весь мой труд только что обесценили, как и мою личность в целом.

Он ещё и кинул мне угрозу, что вокруг вьются весьма привлекательные особи. Посмотрела бы я на них после двухчасового сна за готовкой на душной кухне. Сколько я просила отремонтировать вытяжку, но мои слова, как горох об стену.

— Не прикидывайся дурочкой, Таня. Собирай вещи и едем домой, мне завтра на работу, – строгим голосом заключает Саша.

В этот момент дверь в салон открылась. Я, которая держалась за ручку, полетела вслед за ней. Если бы не руки отца, то я точно бы распласталась на земле.

— Теперь моя очередь вести беседы, дочка.

После этих слов мой пост сменяется отцом.

Оказавшись на улице, ощущаю, как ветер треплет слезинки на моих ресницах.

— Таня, возвращайся в свой дом, к мужу, – раздаётся ядовитое шипение из-за забора. Это слова моей мачехи, которая даже не думала уходить, укрывшись в засаде. – Если хочешь знать наверняка, то тебе здесь не рады. А отец оказывает помощь лишь по тому, что так надо, а не потому, что так хочет. Принимай условия мужа! Он тебя кормит, поит, обувает. Что тебе неймется?!

— Помимо меня он делает это в адрес кого-то другого, – отвечаю я. Во время нашего “разговора” он несколько раз опускал глаза в телефон, заметно нервничая.

“Кто-то” требует его внимание.

Не знаю, сколько длился разговор моего отца с мужем. Десять минут? Час?..

Я будто потеряла счёт времени, уносясь в бесконечность.

Людмила рядом, как назойливая муха. Она уверенным голосом пытается донести до меня какие-то “истины”. Хотя каждое сказанное ею слово я готова оспорить. Только вот нет ни малейшего желания этого делать. Всё моё внимание приковано туда, к машине.

Отец выглядит спокойно. Саша тоже.

Судя по их выражению лица, они контролируют себя, не давая волю бурным эмоциям.

Хлопок дверью. А у меня сердце так сильно ёкает, почти оглушает.

Папа выходит, а Саша ударяет по газам, со свистом уносясь прочь от дома.

ЧТО?!

Саша уехал?!

Вот так взял и оставил нас?!

Всё закончилось вот так быстро?

Я просто не могу поверить своим глазам.

— Папа, он уехал, чтобы вернуться с новыми силами? – нарушаю тишину, наблюдая, как машина Саши превращается в маленькую точку, исчезая за поворотом.