Книга Предатель. Не верю тебе!, страница 40 – Виктория Вильманн

— Ма-ам, – протягивает Злата, прячась за моей спиной, услышав недобрые нотки в голосе Людмилы.

Если быть честной, мне и самой не по себе от её слов. Она прямо заявляет, что совсем не рада нас видеть.

— Так, дети, проходите в дом, – ещё сильнее нахмурившись, произносит отец, продолжая упорно проталкивать нас внутрь дома.

Людмила же не успокаивается, продолжая издавать какие-то многозначительные вздохи.

— Так, а ты останься со мной, – слышу, как обращается отец к своей жене, удерживая её возле себя.

Я же с дочкой прошла во двор дома.

Чувствую себя максимально неловко.

Людмила не может сдержать своих эмоций, демонстрируя явное негодование от нашего появления.

— Боря, ты не понимаешь! – невольно слышу возглас мачехи. – Мы многим обязаны ему, кто нам ещё будет помогать, как не её муж?! Да твоя Таня вообще ничего не стоит без него. Ты хочешь взять её на свою шею? Ещё и с ребёнком? А ты о наших детях думаешь вообще?!

Возмущению мачехи нет предела. Её буквально разрывает от чувств. Будто со мной в её жизнь неожиданно пришло и всё самое плохое.

Отец отвечает ей, но я не могу слышать его слов. Он говорит приглушённо, заставляя, её умерить свой пыл.

Около десяти минут мы пробыли во дворе, ожидая окончательного “приговора”.

— Так, а почему ещё на улице? – с вопросом появляется папа. – Я думал, что вы уже в доме отдыхаете с поездки.

— Бабушка Люда рассердилась на нас, – шепчет в ответ Злата, крепко держась за мою руку. – У мамы есть печенье вкусное.

Маленькая моя, если бы только все проблемы этого мира можно было решить печеньем. Сердце разрывается от её слов.

— Никто ни на кого не сердится! Бабушка Люда плохо себя чувствует сегодня. Проходим в дом, сейчас мы все чай и попьем! – радостно заключает мой отец, подхватывая внучку на руки. – А, ну-ка, пусть мама тоже не отстаёт. Все в дом! Отдыхать с дороги, умываться.

Не обращая больше ни на кого внимания, папа уверенно шагает к дому, увлекая за собой Злату и наши вещи.

Я же оборачиваюсь на Людмилу, лицо которой говорит само за себя.

Столько ярости и гнева я прежде никогда не видела. По сравнению с ней даже Саша покажется одуванчиком.

— Проходи, – едко бросает она, заставляя меня отвести с себя взгляд в сторону. – Чувствуйте себя, как дома!

От таких слов появляется обратный эффект.

Не знаю, что сказал ей отец, но она хотя бы перестала громко высказываться, хотя взгляд продолжал транслировать недовольство.

Тем временем незаметно подкрался вечер. Скоро этот сумасшедший день закончится и начнётся новый. Раз до сих пор Саша не объявился, значит, что он сделает это в ближайшее время и скорее всего это произойдет уже завтра.

— Пап, нам лучше правда уехать или снять своё жильё, у меня есть с собой деньги, – шепчу я, оставшись с отцом наедине.

Мы наконец-то немного перевели дух с поездки, перекусили и рассредоточились по дому.

Девочки увлеки Злату играми, сама Людмила где-то спряталась, а мы с папой смогли обсудить происходящее.

— Не говори глупости, милая, это и твой дом тоже – родительский!

— Думаешь, я не вижу, что чувствует Людмила. И знаешь, мне кажется, она боится.

— Чего? – искренне не понимает моих слов папа, отрываясь от чашки чая.

— Внутренний страх подталкивает нас к такой злости. Мы внутри боимся, а снаружи видно наше раздражение и злость. Вероятно, она боится того, что Саша окажется здесь и всё поставить вверх дном. Она работает над уютом, над благополучием своих детей. А тут я, грубо говоря, грозовую тучу на вас нагоняю. Кому это понравится…