Книга Купленная жена, страница 51 – Аманда Вин

— Нет, я сделаю все возможное. Уже ищу независимого честного журналиста.

Павел поворачивается ко мне и смотрит в глаза:

— Мне самому все это противно.

Оставшуюся дорогу до кладбища мы едем молча. Значит вот на какой бизнес переключилась Яна. А я ещё была у нее дома на праздновании открытия! Если бы я знала, то побила бы ее прям там.

А Ратмир… Ратмир ведь собирается в это вкладываться. Он не может не знать, что это за пансионат. Боже! А я хотела дать ему шанс.

Чуть не рассказала ему вчера обо всем. Он лёг рядом, обнял, спросил, почему я такая напряжённая в последнюю неделю, гладил приятно по спине. Тут я все чуть и не выдала, еле сдержалась.

Машина останавливается у кладбища.

Павел не знает точное место захоронения, мы с ним долго бродим и ищем нужную могилу, находим спустя полчаса.

У меня сразу слёзы выступают. Могилы рядом с деревом, ничем не огорожены, запущенные. Два больших надгробия и один совсем маленький. Обычные плиты с именем и фамилией. Спасибо, конечно, что вообще похоронили, но … как это все несправедливо. Чтоб этой Яне пусто было, заграбастала целую компанию, а даже людей по-человечески не смогла проводить.

Смахиваю слёзы. Что уж и говорить о мертвых. Она и меня, живую маленькую девочку, продала в рабство.

Подхожу и дотрагиваюсь до надгробия отца. Ничего, я все исправлю! Поставлю самые лучшие памятники, верну себе свою фамилию, а моим родителям доброе имя! Пусть вся страна узнает о Яниных преступлениях.

Внутри все горит. Как же мне хочется, чтобы справедливость восторжествовала. Все что угодно отдам за это. Даже Ратмира и всю нашу с ним жизнь…

Ева

Кажется, я всю ночь не спала. Не знаю, в чем главная причина. Может, я волнуюсь: скоро я убегу и никогда не вернусь в этот дом.

Ратмир просыпается и начинает ко мне приставать. Открываю глаза и пытаюсь остановить его взглядом. Сегодня мне это не нравится. Не хочу я заниматься с ним любовью, зная, что это наш прощальный секс.

Но Ратмира невозможно остановить. Если он чего-нибудь хочет, это обязательно произойдёт. За месяцы, проведённые с ним бок о бок, я это хорошо усвоила.

Поэтому я немного боюсь убегать: вдруг Ратмир захочет меня вернуть? Точно захочет. И достанет из-под земли.

— Что с тобой? — спрашивает, когда стискивает меня в объятьях.

— Ничего, все хорошо, — отвечаю и пытаюсь расслабиться. Не хватало ещё, чтобы он что-то заподозрил и не пошёл на работу.

Целует в шею, спускается ниже, вдыхаю его запах, не закрываю глаза.

Во мне как будто просыпается ещё одна Ева, которая хочет все запомнить до мельчайших подробностей.

Слышу, как он дышит, обнимаю его за спину и тону вместе с ним. Последний раз ныряю в пучину удовольствия.

После мы долго лежим рядом, он спрашивает:

— Много ещё таблеток осталось?

— Всего две. Потом придут дни…

— А потом мы заведём с тобой детей, — поворачивается ко мне, — и будем самыми счастливыми.

Мой муж улыбается.

Нет, не будем, не будем мы вместе, — крутится в голове. Но я молчу.

Ратмир встаёт, одевается.

Уходит на работу, так ничего и не заподозрив.

Ратмир

Банально, но только рядом с Евой я почувствовал себя живым.

Она пробудила во мне такие чувства, о которых я и не подозревал. Мне нравится просыпаться утром пораньше и первым делом видеть ее лицо. Гладить ее скулы, слушать ровное дыхание. Будить ее, целуя и поглаживая.