Онлайн книга «Твое сердце – лед»
|
Так я злюсь на него почти все дни. Но сегодня все по-другому. Завтра у меня операция. И я внезапно понимаю, что перед операцией мне очень страшно, а единственный человек, с которым я могу поделиться своими мыслями, – это Максим. Сегодня он приходит рано, и я не начинаю его прогонять, как обычно. Когда мама уходит из палаты, Максим подвозит ко мне еду и хочет начать меня кормить с ложечки. — Руки у меня работают хорошо, – злюсь я, как всегда, на него. – К тому же мне есть нельзя. Перед операцией. — Блин, а я так хотел за тобой поухаживать. — Тебе разве это нравится? — Что? — Нянчиться со мной. Лучше бы гулял… — С тобой погуляем, хочешь? Прямо сейчас. — У меня завтра операция. Я не могу. Тут я ему признаюсь: — Мне страшно, кажется, что операция не поможет. Максим берет меня за руку и крепко сжимает мою ладонь, как будто пытается поделиться своей уверенностью. — Слушай, это действительно хороший врач. Но мы уже говорили с отцом: если не помогут тут, мы уже нашли классный центр реабилитации в Германии, поедем туда, все будет хорошо, Кать. Я улыбаюсь, мне становится лучше. Перевожу тему разговора: — Слышала, ты начал работать с отцом, ну то есть моим… твоим отцом, не знаю, как правильно сказать. Мы оба смеемся, затем Максим отвечает: — Да, я начал работать на серьезной работе. Я же собираюсь жениться в скором времени, и мне нужно откладывать деньги на свадьбу. Где ещё их такие заработаешь, кроме работы моего отца? Максим подмигивает мне. Я сначала хочу съязвить про его свадьбу и спросить, где невеста. Но передумываю и спрашиваю: — Когда ты там работаешь, ты же все время тут сидишь? — Дистанционно подписываю документы. Пользуюсь тем, что родился в богатой семье. Мажор, ты же знаешь. – Макс скрещивает руки, вальяжно откидывается на стуле. Я снова смеюсь. Он один может меня рассмешить после всего, что случилось. Не знаю, как у него это получается, но я рядом с ним забываю обо всех тревогах. И что бы я делала, если бы у меня не было каждый день такого антидепрессанта? — Спасибо, – говорю я Максиму впервые за долгое время. А он наклоняется и целует меня. Вот теперь я точно чувствую себя живой… * * * Операция проходит хорошо. Я начинаю чувствовать боль в ногах, чувствительность как будто постепенно возвращается. Странно, я совсем не верила в эту операцию, но врач оказался прав. Я рада, что в итоге самые страшные диагнозы не оправдались. Я не расслабляюсь. Это только начало пути, я все ещё не могу стоять на ногах и ходить, просто их чувствую. Теперь мне нужна хорошая реабилитация, чтобы восстановить чувствительность и укрепить мышцы позвоночника. Для этой цели мы едем в Германию, в ту самую клинику, которую мне нашел Максим. Максим каждый день проводит со мной. Я так привыкла, что он рядом. Только так я чувствую, что все будет хорошо. Он всегда по-олимпийски спокоен, мне это передается. Даже рядом с мамой я себя так не чувствую… В какой-то момент Максим лучше меня начинает разбираться, какие лекарства нужно пить, какие нет, какие мази нужны, процедуры… Когда я «тренируюсь» ходить с врачом, он сидит рядом. Он рядом, даже когда мне делают капельницу. Все в Германии думают, что мы с ним женаты. Через три месяца восстановления у меня получается сделать первые самостоятельные шаги и даже без сильной боли. В этот момент я понимаю, что моя прежняя нормальная жизнь близка. Хотя была ли она когда-нибудь нормальной? В ней всегда было много тренировок, мало развлечений и любви… |