Книга Твое сердце – лед, страница 83 – Аманда Вин

Беру машину и еду к Катиному ледовому дворцу. Я знаю: примерно в это время у неё заканчивается тренировки. Паркуюсь и жду, когда она выйдет, я ещё не знаю, что буду делать. Подойду поговорить или останусь сидеть в машине, просто посмотрю, как она выходит и идёт в сторону дома своего тренера?

Никогда не был быстро отходчивым человеком, но Катин поход в кино я уже почти забыл. Да пусть ходит с кем хочет, лишь бы ни с кем не встречалась. Я почему-то уверен: как со мной, у нее все равно больше ни с кем не будет. Я-то знаю, у меня опыта побольше, поэтому понимаю: то, что было между нами, ни на что не похоже.

Катя выходит из ледового дворца не одна. Бью рукой руль, в очередной раз убеждаясь, что я идиот. Тот же самый ухажёр из кино, а рядом её тренер, которая запретила встречаться со мной. Может, Катя вообще наврала?

С ним встречаться можно, а со мной нет?

Мне не верится, вот и наступили мои Олимпийские игры.

Сегодня у меня простая разминка, чтобы привыкнуть ко льду, но я нервничаю, как будто через пять минут выходить на настоящее выступление.

Но я неспроста так переживаю. Чувствую, что это кульминация всей моей спортивной карьеры. Нервы на пределе, хотя я думала, что после чемпионата Европы ко всему готова и меня ничто не способно напугать. Закалилась ведь. И хейтеров преодолела, и давление от зрителей…

Но нет, здесь меня страшно штормит. Я понимаю, что если провалю эти игры, то на следующие я просто могу уже не поехать. Мне восемнадцать лет, а там, за моей спиной, подрастают новые звезды, которым всего четырнадцать, уже через год они обгонят меня, и я останусь не у дел.

Поэтому мне нужно собраться, показать все, на что я способна. Главное – напоминать себе, что второго шанса не будет..

И вот я катаюсь, повторяю элементы моего выступления, слушаю замечания тренера… А в голове у меня звучит на автомате: «Только один шанс, только одна попытка».

Кира Викторовна тоже переживает, я хорошо обкатываю свою программу, но она всё равно повышает на меня голос и кричит:

— Шишкина! Соберись.

Называет меня по фамилии – значит, я не ошиблась, она тоже на нервах. Я понимаю из-за чего. Вера Орлова – ее последняя олимпийской чемпионка, которая ушла от неё почти сразу после Олимпиады. Честно, не знаю, какой именно у них произошёл конфликт, но считаю это неправильным: уходить от тренера, благодаря которому ты добилась таких высот.

Теперь ставка на меня.

Кира Викторовна говорит:

— Кать, я отойду ненадолго, попробуй тройной аксель, потом прокат, как в последнем круге. Поняла?

Я киваю, она продолжает:

— Сделай сама, я скоро вернусь.

Без пристального взгляда тренера мне становится легче…

Я разгоняюсь, прыгаю вверх, на высоте понимаю, что теряю равновесие и… не доделываю прыжок до конца, приземляюсь не на ту ногу, она подворачивается. Я падаю…

Из меня вырывается:

— Ай, черт.

Я хватаюсь за лодыжку, чувствую резкую боль сбоку стопы.

Первым делом оборачиваюсь: переживаю, что это всё увидела Кира Викторовна.

И я не ошиблась. Увидела. Она уже летит ко мне, чёрт, не успела уйти, кричит:

— Катя, Катя, ну, что же ты делаешь! Падать в такой момент!

Следующий вопрос со злостью в голосе:

— Как твоя нога?

— Все нормально, – вру я.

Кира Викторовна снимает коньки, и мы вместе с ней видим посиневшую кожу.