Книга Твое сердце – лед, страница 22 – Аманда Вин

* * *

Макс

Не успеваю зайти в дом, Милана бросается ко мне, как собачка, расставляя руки в стороны:

— Ну как? Ты же с Катей был? Как все прошло?

— Нормально, – холодно отвечаю я и отодвигаю сестру в сторону.

Обсуждать с Миланой личную жизнь я не привык и не собираюсь начинать… Знаю, она думает, что я выполняю ее просьбу. Все ради неё.

Пусть думает, как ей хочется.

В действительности дело обстоит совсем не так. Катя – хорошенькая. Поэтому у меня появился свой интерес.

На сто процентов уверен: если бы соперница Миланы оказалась страшилой, я бы и пальцем не пошевелил.

Хотя, наверное, страшных фигуристок не бывает… В этот момент я неожиданно думаю о том, что у Кати ведь наверняка потрясающая растяжка! Можно развести ноги в разные стороны и делать все, что захочется. В горле становится сухо.

Открываю холодильник и достаю графин с холодной водой. Пью прямо из горла.

— Ну, расскажи хоть что-нибудь! Мне же интересно! – Милана складывает ладони, надувает губы, умоляет.

Я лишь усмехаюсь. Что говорить?

Рассказывать, как Катя неумело целуется, но меня это только заводит? Нет, такого я говорить точно не буду.

И уж тем более не расскажу сестре о том, чем мы с Катей занимались в машине.

Я поднимаюсь наверх в свою комнату. Милана следует за мной хвостом.

— Хватит! Не ходи за мной. – Я резко разворачиваюсь.

— Макс! Я же обижусь! Скажи хоть что-нибудь!

— Что?

— Что ты о ней думаешь?

Милана смотрит, округлив глаза. Я знаю, какой ответ она от меня ждёт, и я выдаю ей его, лишь бы она от меня отстала:

— Ничего особенного. Простая серая мышка.

Сестра улыбается и наконец уходит в свою комнату.

Первым делом иду в душ, и там начинаю погружаться в приятные воспоминания.

Я вёл себя сегодня более чем прилично. Даже не проник пальцем внутрь, но Катя так затрепетала, как будто я ее невинности лишил… Теперь у меня и сомнений не осталось в том, что она девственница.

Обхватываю рукой каменный стояк, закрываю глаза и вспоминаю все до малейших подробностей. Особенно ее тихий протяжный стон в самом конце.

Мне тоже в тот момент было приятно – приятно его услышать.

Выхожу из душа почти удовлетворённый. Не знаю, сколько ещё продержусь в «ручном» режиме, но почему-то действовать по старой схеме – звонить девчонкам на одну ночь – сейчас мне совсем не хочется.

Не знаю… может, случай с Адель повлиял, а может, Катя так зацепила. Пока не уложу ее в койку, на других стоять не будет.

После тренировки по хореографии мы с Амелией идём в общий зал: нам обещали показать костюмы для выступления на чемпионате, они уже готовы. Надо примерить.

Когда заходим, видим, как девчонки в восхищении рассматривают свою одежду, любуются, вытянув руки с вешалкой.

Я беру тот костюм, на котором крупными буквами написано «Екатерина Шишкина».

Платье обтягивающее, юбка короткая, почти прозрачная. Восхитительно красиво. Купальник блестит, сияет. Сверху – серебристым цветом, снизу – синим.

У Амелии красное платье, тоже красивое, но моя одежда для чемпионата кажется мне самой лучшей. Я даже трогать ее боюсь.

В голове так и слышу голос диктора: «На льду Екатерина Шишкина, давайте посмотрим ее выступление».

Сердце начинает стучать быстрее. Как же хочется занять первое место!

Мы идём в раздевалку, меряем костюмы. Мой сидит на мне идеально. Я возвращаю его на место.