Книга Песчинка на ветру, страница 42 – Юлия Гойгель

Пить я действительно хотела. Но, представив, что нужно отнимать руки от ушей, отрицательно покачала головой.

Роман вернулся поздно вечером. Не найдя меня, он спросил у Арслана, который давно забыл, что я сижу в углу и ушел, закрыв свою резиденцию. Услышав, как в темноте открывается дверь и, не зная кто там, я залезла под стол. Вылезла лишь после того, как услышала голос Романа.

Мне стало плохо от нервного напряжения, ежесекундного ожидания, что будет дальше, нестерпимой жажды. Текущие слезы иссушили кожу на лице. Руки дрожали так сильно, что я не смогла удержать стакан. Он выпал и разбился. Я невольно сжалась, ожидая, что Арслан ударит меня вновь.

— Все хорошо, — Роман наполнил второй водой, придерживая у распухших от удара губ. Его голос стал резок, когда он обратился к другу. — Воды ей дать ты мог?

— Я предлагал, три раза. Она отказалась.

Я испугалась, что Роман еще больше разозлит его. Прошептала по-русски:

— Я сама виновата, пожалуйста, уйдем отсюда.

— Кто тебя ударил? — он осторожно провел пальцем по оставшейся отметине.

— Я сама ударилась, здесь было темно.

Мы вышли как раз в тот момент, когда двое мужчин потянули тело мертвой женщины, ворча, что им приходится убирать тогда, как удовольствие получают другие. Я едва успела нагнуться, когда желудок отторг только что выпитую воду.

— Ты заставил её смотреть? — прошипел Роман.

— Нет. Просто оставил у себя на глазах. Даже за твоей женщиной я по лагерю бегать не буду.

— Да пошел ты!

— Рахман!

— Иди к черту!

Ночью поднялась температура, которая держалась и утром.

— Оставайся в кровати, — решил Роман. — На улице еще жарко и очень пыльно. Полежи денек. Я закрою дверь, чтобы тебя никто не испугал.

Когда в обед в замке повернулся ключ, я подумала, что это вернулся Роман. Но вошедшим оказался Арслан.

— Принес тебе поесть, — он поставил на тумбочку обычный для лагеря обед. Жирную кашу, щедро приправленную кусками говядины и сдобренную приправами. И уселся на стул. — Ешь.

— Спасибо, я не голодна.

— Вчера я это уже слышал. Ешь.

— Я позже поем.

Он взял тарелку в руки:

— Открывай рот.

— Генерал?! — молодой наемник стушевался, увидев генерала в открытой комнате. — Командир Рахман попросил покормить девушку.

— Что это? — не менее изумился Арслан.

— Чай и подсушенный батон, — отрапортовал парень. — Как сказал командир Рахман.

— Свободен, — кивнул господин и посмотрел на меня. — Что за неустановленное меню? Рахман боится, чтобы ты не растолстела?

— У меня разлился аппендицит, затем возникли осложнения. Я еще не могу есть все подряд, особенно острое и жирное, чтобы не спровоцировать новый приступ.

— И Рахман об этом знает?

— Я рассказала ему об этом. К тому же, это нельзя не заметить, — тише добавила я.

— Покажи мне, — приказал он.

Прижав простынь к бедрам, я приподняла край простой майки. К счастью, он не стал трогать руками:

— Трубки стояли? Но швы почти незаметны.

— Была сделана косметическая операция, — пояснила я.

— Ладно, ешь. У меня есть время. Одевайся, немного погуляем, здесь дышать нечем. Сколько раз говорил Рахману жить в моем доме!

Из одежды, я тоже носила камуфляжную форму, пошитую на заказ, так как моего размера просто не шили. Роман решил, что так я буду привлекать меньше внимания, и не ошибся.

Арслан вывел меня за территорию лагеря, прихватив с собой автомат. К моему удивлению, он поинтересовался моим образованием, чем я занималась, какие у меня родственники. Я старалась отвечать, тщательно подбирая каждое слово.