Книга Песчинка на ветру, страница 130 – Юлия Гойгель

Мне ничего не остаётся, как представить их друг другу. В отличии от Арслана, взгляд Саида надолго задерживается на Лоре. Не зная, что он может обозначать, я осторожно извиняюсь:

— Семён Семёнович, простите, что не предупредили вас. После церемонии сестре с племянницей нужно найти отель. Можно попросить это сделать кого-нибудь из вашей охраны?

Мужчина, наконец, отрывает свой взгляд от Лоры и переводит на пару чемоданов сестры.

— Зачем отель? Глупость какая! Артём, кстати говорил, что пригласит Ларису. Это я запамятовал. Хайфа, — кричит он на весь дом. — Покажи сестре Эмилии Витальевны её с дочкой комнаты.

Вновь повернувшись к нам, добавляет:

— В доме полно места, вы меня не стесните. И не стоит ко мне обращаться так официально, если рядом никого нет. Достаточно имени Саид.

Во дворе паркуется очередной автомобиль. Это известный стилист со своими помощниками. Подготовка к росписи начинается. Пока мы с Лорой поднимаемся на второй этаж, я шепчу ей:

— Лора, будь очень осторожна с Саидом. Он не простой бизнесмен….

— Конечно, не простой, — перебивает Лора. — Простые такими богатыми не бывают. У него, что — нефтяная скважина в Эмиратах? Эмиля, а жена у него есть? Или невеста?

— У него руки по плечи в крови, — шиплю я. — Лора, побудь серьёзной. Для него человеческая жизнь не стоит и ломаного рубля. Понимаешь? Я не буду говорить, что он вырос в совершенно другой культуре. И женщины для него, особенно иной веры, это пустое место. Ты можешь сделать ему комплимент, а на самом деле — нанести обиду. Будь внимательна, следи за языком и старайся лишний раз не попадаться к нему на глаза. Поверь — остаться для этого человека незаметной — лучшее благо, что дано тебе в жизни. Он не женат. Его невеста была убита незадолго до свадьбы.

— Конкуренты? — потрясённо ахает сестра.

— Арслан. Невеста Саида была родной сестрой Арслана, — отвечаю я.

За полтора часа меня превращают в самую красивую невесту, что видел на своём веку питерский Загс. С именитым создателем образов мы сходимся в одном: мои волосы решено оставить распущенными. Ещё один плюс в том, что лицо остаётся естественным и не напоминает застывшую маску. Когда я полностью готова в комнату заходит Саид. Он делает рукой одно-единственное движение, и все поспешно исчезают, оставив нас наедине.

— Сиди, — бросает он мне и ставит на столик футляр с вензелем известного европейского дома, который занимается изготовлением драгоценных украшений. Тихо щёлкают замки, крышка поднимается, и я смотрю на безумно красивую тиару. Она не громоздка, но сияние камней просто ослепляет.

— Бриллианты, — отвечает мужчина на мой немой вопрос. — Я заказал её, чтобы надеть на голову Латифы в день нашей свадьбы. Она не касалась её, даже не видела.

— Вы ещё можете жениться, — тихо произношу я.

— Могу, но не хочу. Зачем превращать ещё чью-то жизнь в ад, — неожиданно отвечает он. — Ты родила ребёнка, в котором течёт кровь той, которой и было предназначено это украшение. Я пойму, если ты откажешься. Не бойся это сделать. Но я считаю, что, если кто и вправе его надеть — это ты.

Я не отвечаю, лишь склоняю свою голову как можно ниже. Саид достаёт украшение и надевает мне на голову. Тиара садится идеально.

— Позову напомаженного павлина, — раздаётся от двери голос Арслана. Мы с Саидом невольно вздрагиваем, так как не слышали, чтобы кто-то входил. — Украшение нужно закрепить.