Книга Хозяйка города Роз, страница 62 – Юлия Гойгель

— Эльф, ты чего притихла? — Артур приподнимает моё лицо пальцами, чтобы внимательно посмотреть на меня своими глазами-изумрудами.

«Ты не Эльф, ты настоящая ворона, если ещё раз бросишься на то, что блестит», — говорю себе напоследок и прерываю поучительный диалог с любительницей драгоценных камней, то есть с собой.

— Мне пора домой, Артур. Я так долго никогда не задерживалась, — не смотрю на него. — Наше свидание затянулось.

— Я ещё не наелся, — он возвращает на стол пустой деревянный поднос.

— У меня ноги затекли.

— Сейчас исправим, — он помогает мне подняться и пересаживает к себе. Теперь я удобно опираюсь спиной о его грудь, а мои ноги можно свободно вытянуть на диванчике, не рискуя ни во что упереться.

Мы начинаем есть последнюю пиццу. Я запиваю её четвёртым стаканом коктейля. Кажется, у меня сегодня полный перебор со сладеньким.

Больше разговаривать не хочется. Мне хорошо молчать. Наверное, и ему тоже.

Денис приносит расчёт, получает вторую купюру, и мы выходим на улицу. Но не вызываем такси. Медленно идём по ночному городу. Я периодически спотыкаюсь на своих высоких каблуках, и Артур обнимает меня за плечи.

— Твоя машина, — запоздало вспоминаю я.

— Отвезу тебя домой на такси и вернусь за машиной, — решает мужчина.

— Я буду ночевать в своём доме. В районе Роз, — напоминаю ему. — Ты не хотел туда возвращаться.

— Я и не собираюсь возвращаться. Подожду в такси, пока ты дойдёшь до двери и всё. На нашей улице всё так же темно?

— Теперь нормально. Но фонари, как и прежде, светят через один. Зимой гораздо темнее.

— Почему твой муж не живёт с тобой летом в доме? — неожиданно спрашивает Артур.

— Не любит. Он вырос в квартире. Там ему комфортнее. А мне не хватает воздуха. И цветы. Не смогла с ними распрощаться. Ведь для меня они не просто увлечение или память о Еве. Они часть Евы. Когда иду по городу, они повсюду, на каждой клумбе, на каждом фасаде, на каждой улице. Ева не просто там когда-то ходила, она ходит до сих пор. Понимаешь? И чем больше становится город, развивается, растёт, тем ярче сияют его огни — это продолжение жизни Евы. Их с Мареком любви, — произношу я.

«И нашей с Тобой тоже. В городе высажено много оттенков роз, но больше всего — бордовых. Как те, что мы сминали своими телами в наш первый раз. Я бережно храню память о Еве, но в каждой городской розе мы всё ещё с Тобой вместе. Когда в конце лета опадают их лепестки — это я Тебя вновь теряю. Когда в середине июня расцветают бутоны — это надежда на нашу новую встречу. И я хожу по городским улицам, выбирая случайные маршруты, которые мне указывают раскрывающиеся бутоны, пытаясь предугадать, где мы с Тобой встретимся вновь. В этом году первыми расцвели кусты роз, высаженные на центральной площади. И именно там мы встретились. Я не зря ждала Тебя в этом городе все эти долгие десять лет. Многие думают, что розы боятся первых заморозков, но это не совсем верное утверждение. Розы боятся начинающихся в августе проливных дождей. Они не замерзают, а поникают своими прекрасными головками вниз, словно не в силах держаться от моря небесных слёз, блекнут и увядают. Наше с Тобой лето было очень сухим и жарким. Это было одной из причин, почему пожар так быстро охватил деревянный дом, не оставив никому даже шанса на спасение. Дожди всё не шли. И там, где мы с Тобой делились совсем не любовью, а болью друг друга, так сильно и долго пахло гарью. И тянущиеся к солнцу бутоны роз почти всё лето были присыпаны пеплом. Не любовью, а её пеплом мы присыпали израненные души друг друга. Наш последний поцелуй на вокзале был насквозь промочен осенним дождём. Когда я проснулась на следующее утро в городе, в котором уже не было Тебя, то вместе с Тобой не стало и роз. Иссушенные жарким солнцем, они осыпались на землю от первого же ливня. Но всё это время я ждала. Не признаваясь никому, даже себе. Не покидала город, который хранил память о нашей страсти с привкусом боли. Лишь в нём мы могли встретится вновь. И встретились. Я дождалась. Встретились, когда расцвели первые розы. Сейчас мы проходим мимо них. Как и десять лет назад я могу позволить вспыхнуть между нами пламени страсти. И, как годы назад, рано или поздно она осыпится пеплом. Розы символизируют любовь. Зацветают и увядают. Я могу подать всего один знак, один намёк, и Ты бросишь к моим ногам все расцветшие розы. Но я не стану этого делать. Между нами так и не случилось любви. Зачем топтать чужую?» — я думаю об этом, пока мы идём, ничего не говоря Тебе. Ты тоже молчишь. Обнимаешь мои плечи. Мы уже прошли Центр, поравнялись с парком, с его старой частью. Где-то там, напротив замерших нас, одиноко стоит увитая розами полуразрушенная беседка.