Книга Хозяйка города Роз, страница 163 – Юлия Гойгель

— Не оставлю, Эльф. Освободи мне руки, — просит он. И мы оба знаем, что он врёт. Оттолкнёт меня в сторону и уйдёт.

Но я вновь опускаюсь на колени, в траву, куда Молчанов со злостью швырнул ключи, прежде чем уйти. Моё светлое платье уже испачкано, но я не обращаю на него внимания, ползая на коленях по земле. Из-за дурацких слёз, застилающих глаза, почти ничего не вижу и перебираю каждый сантиметр травы руками. Нахожу.

Возвращаюсь к мужчине и сажусь возле его ног, заглядывая в глаза.

— Ты не обманешь меня, Артур? Не уйдёшь сейчас? Я всё ещё могу верить тебе?

Он долго молчит. Так и не дождавшись уже известного мне ответа, дрожащими руками, я всё же расстёгиваю наручники. Закрываю глаза в ожидании толчка. Хорошо помню, как он толкнул меня в придорожную канаву, когда я сказала ему, что в пожаре никто не выжил. Куда толкнёт сейчас — я не знаю. Не могу вспомнить, что находится за моей спиной. Пустота. Двор вымощен тротуарной плиткой. Съёживаюсь, ожидая болезненной встречи с бетоном.

— Эльф, Эльф, чего ты так испугалась? Я с тобой, — мужчина сползает со скамейки ко мне на землю и прижимает к себе. — Мне так больно, Эльф. Словно всё случилось только вчера.

Я целую его подбородок, шею, подняв футболку, скольжу губами по груди. Во многих местах покраснения и ссадины. Видимо, прежде чем надеть наручники, Артура хорошо приложили о плитку, на которой мы сидим. Невольно отмечаю, что футболка и шорты — не домашние. Дорогой известный бренд. Артур куда-то ходил или собирался идти. С кем-то встречался? Как он вывел Костю на подобное признание? Но эти вопросы точно не стоит сейчас задавать.

— Поделись со мной своей болью. Отдай мне. Как когда-то. Я выдержу. Я смогу. Всё, что хочешь, только бы тебе легче стало, — прошу его не переставая целовать. Он тянет замок платья, и оно спадает мне на талию, щёлкает застёжкой бюстгальтера. Через пару секунд кружевный предмет белья отлетает в траву, а мужские губы жадно приникают к моей груди. Мужчина с силой целует, оставляя отметины. Но это неважно. Сейчас я принадлежу только ему. Мы снова одни в сползающих на город вечерних сумерках. В них можно спрятать боль, заменить её на страсть, прикрыться чем-то вечным. Мы снова вне времени и законов. Ныряем очень глубоко, за грань всех имеющихся чувств. Остаётся лишь желание. Обжигающее, как кипяток и смывающее всё — без остатка.

Артур стягивает мои трусики, оставляя на платье разводы крови. Это немного отрезвляет:

— Артур, очень больно? Давай перевяжем руки. Тебе нужно выпить что-нибудь обезболивающее.

— Потом, Эльф. Всё потом. Будь со мной. Живой. Как тогда. Костя — не прав. Ты — живая!

Я не спорю. Я буду для него такой, какой он хочет. Если захочет — умру, если передумает — воскресну. Только для него.

Расстёгиваю молнию шорт, приспускаю боксеры и чувствую, как его пальцы ласкают влажные складочки, нежно потирают, накрывают набухший, ставший очень чувствительным клитор.

— Хочу тебя, очень, — шепчу в его губы и обхватываю своей рукой напряжённый член. Наклоняю голову и ласкаю его губами и языком. Никогда не ласкала так Костю. И он не настаивал. Наверное, понимал, что у моей к нему благодарности тоже есть пределы. Марека не часто, но ласкала. Так, как хотелось самой. Но он тоже меня ничему не учил. Говорил, что ему всё приятно, чтобы я делала лишь то, что нравится мне самой.