Книга Хозяйка города Роз, страница 102 – Юлия Гойгель

Мы громко со всеми здороваемся. Девушки машут нам руками. Марина Дюжева выглядывает из просторной беседки и зовёт меня к себе. Направляясь к ней, я прохожу мимо Марека и Захара. Последний кивает мне головой и улыбается, а Марек целует в щёку. В этом нет ничего необычного. Марек целует меня всегда, даже на городских мероприятиях. К этому тоже привыкли. Многие знают, что он крестил нашего с Костей сына. Возможно, потому что мы очень близки на людях, до сих пор никто не заметил между нами чего-то большего. Как правило, мы всегда не замечаем того, что происходит у нас на самом виду.

Мужчина внимательно всматривается в моё лицо и, когда Захар ненадолго отходит, тихо спрашивает:

— Эля, у тебя всё хорошо?

— Да. Я выспалась ночью.

— Как Костя? Не разругались?

— Я его не трогала. Какой смысл ругаться? Поднять самой себе нервы. Костя и так в последнее время стал слишком вспыльчивым. Поскандалить прямо перед носом Молчановых? Тем более, что это ничего не изменит, — произношу я.

— Ты права. Пусть немного успокоится, и я с ним ещё раз поговорю. Костя переходит все границы. Он совершенно не думает об ответственности, — соглашается Марек. — Завтра понедельник. Постараюсь разобраться с делами после выходных, а во вторник можем встретиться. Побудем вдвоём, ты немного отдохнёшь.

— Нет, Марек. Давай после следующих выходных. Я всё не могу забыть про этот камень. Мне нужно успокоиться. Мерещутся всякие заговоры. Вдруг о нас кто-то догадывается? — возражаю я. Не говорю лишь о том, что мне нужно успокоиться после бессонной тяжёлой ночи рядом с Артуром. Выбросить его из головы, остудить собственные чувства. Обнулиться.

От Марека продолжаю идти к Марине, но девушки на качелях зовут меня к себе. Костя уже там и тоже машет рукой. Ничего не остаётся, как подойти к ним. Настя и Милана по традиции целуют воздух возле моих щёк. Со Стасом никаких вольностей я себе не позволяю, если более точно, то и не хочу. Он мне всегда не нравился.

Артур улыбается и тянет меня за руку к себе. Конечно же за левую, ту, на которую сам наставил отметин. Ели сдерживаю вскрик от новой порции боли и послушно наклоняюсь к нему. Терплю прикосновение его твёрдых губ. От боли в руке в глазах собираются слёзы. Их соль лишь усиливает раздражение от линз. Очередная встреча с этим мужчиной приносит очередные тридцать три несчастья для меня.

— Что? Так противно? — замечает моё напряжение. — С Мареком было приятнее?

Он шипит мне в ухо, ещё сильнее сжимая мою руку. Я не выдерживаю и тоже касаюсь губами его волос:

— Если ты сейчас не отпустишь мою руку, я закричу!

Он тут же разжимает свои пальцы, но я не сбегаю от него. Сил хватает лишь на то, чтобы сжать зубы, пережидая острую боль, а не начать растирать повреждение другой рукой на глазах у всех. Понимаю, что это инстинктивное действие тоже не поможет, но как-то отвлечься от боли нужно.

К счастью, из беседки выглядывает Марина и, увидев, что я так и не дошла до неё, кричит в нашу сторону:

— Мне кто-нибудь поможет? Официантов я сегодня не нанимала.

Все поспешно подхватывают свои попы с качелей и идут к ней. Даже Стас пыхтит следом за компанией. Я тоже пойду, только чуть утихнет боль в руке. Пользуясь тем, что теперь меня никто не видит, поддерживаю запястье второй рукой. Становится чуть легче. Артур тоже поднялся со всеми вместе, но вновь опустился на качели. Рядом со мной.