Книга Его другая семья, страница 19 – Полина Рей

— И вот у отца нет любимого наследника, – он усмехнулся криво, – а сейчас всего, что он заработал, его могут лишить две женщины. Гулящая Эмма, которая не стоит и мизинца моей матери. И ты, Карина, которая может родить Давиду продолжение того человека, которого он так сильно любил, что на второго сына ему всегда было плевать!

О… Всё ясно. Недолюбленный ребёнок, который, скорее всего, остался в менее хороших условиях. И который даже сейчас, добившись высот, о которых явно свидетельствовал антураж, что нас окружал, не получал удовлетворения.

— Зачем я всё это слушаю, Амир? – спросила, не понимая, к чему он клонит.

Ну не сеанс же это психотерапии, где я выступаю человеком, который невольно должен сидеть в кресле специалиста?

— Я собираюсь призвать отцу к ответу. И разорить его, пока этого не сделала Эмма. Но знаю, что он предложил тебе выносить ребёнка Алекса. И что ты согласилась.

Асатиани отвернулся и стал смотреть в окно. Мы колесили и колесили бесцельно по улицам города. Близился час, когда у нас должна была состояться встреча с Давидом, на которую я приду, обладая новой информацией во всей этой щепетильной ситуации, которая завертелась вокруг меня со скоростью света. И я уже ничего не понимала в происходящем…

— Ты вообще человек, который пострадал от действий жёнушки моего папаши больше остальных. И можешь стать новой жертвой, когда я начну действовать определённым образом. Остаться одной, да ещё и беременной от чужого мужика… без перспектив и прочего… Я бы не хотел оказаться на твоём месте. Поэтому пока не поздно, Карина, откажись. Я могу заплатить тебе за то, чтобы ты отошла в сторону.

Он немного подумал, глядя мне в глаза и добавил уверенно:

— Потому что щадить на своём пути я никого не стану.

Этот человек мне угрожал. Его попытка меня купить не была ничем иным, как предупреждением. Не возьмёшь деньги – раздавлю, словно надоедливую муху. А то, что он пытался всё это облечь в какие-то нейтральные тона – ерунда.

— Давно ли мужчины, особенно такие гордые, как представители семейства Асатиани, стали считать, что их сила в том, чтобы сыпать угрозами в сторону слабых женщин? – задала я вопрос, который прозвучал весьма риторически.

Амир вскинул брови и посмотрел на меня с неподдельным интересом и даже, как мне показалось, удовлетворением. Будто бы не рассчитывал столкнуться ни с чем подобным и вот, когда получил такую реакцию, это стало своего рода приятной приправой к нашему знакомству.

— Сила у меня вовсе не в этом, Карина. Но я действительно не планирую останавливаться ни перед чем. Даже перед такими прекрасными хрупкими женщинами.

Растянув губы в улыбке, Асатиани опустил взгляд на мой рот. Показалось даже, что он сейчас вкупе с деньгами предложит какое-нибудь занятие, которое покажется ему подходящим для меня.

— Скажи, раз уж у нас всё по-честному, – протянула я, решив идти ва-банк.

Кто знает, будет ли у нас с Амиром ещё одна такая встреча, что называется, без галстуков? И не увидимся ли мы в следующий раз при таких обстоятельствах, когда разговорам не будет места?

— Я слушаю, – подбодрил меня Асатиани, стоило мне только призадуматься, в какие фразы обернуть то, что я собиралась у него уточнить.

— Не могла ли Лена, жена твоего брата, стать поводом для раздора между близнецами?