Книга Вишенка от босса, страница 76 – Вера Нежная

— Да нет, все хорошо. Мы любим друг друга, — успокаиваю себя тем, что вынуждена защищаться этой ложью. Не моя миссия раскрывать глаза родственникам Антона. Пусть сам из этого выпутывается. Но эта ложь застревает у меня в горле, и поэтому голос, которым произношу вынужденные слова, получается сдавленным.

Но бабуля, кажется, довольна.

А я, понимая что лгу, испытываю необъяснимую душевную боль.

Делаю глоток чая и отворачиваюсь к окну. Вижу, как на подъездной дорожке останавливается автомобиль, из него выходит босс с мамой. Вздрагиваю, ставлю чашку на стол, начинаю ерзать на стуле.

— Что такое, деточка? — вопросительно смотрит на меня Катерина Матвеевна. — А, наши приехали! — радостно восклицает, посмотрев в окно. — Иди? встречай жениха.

Меня охватывает дрожь. Меньше всего хочу сейчас встретиться с Антоном под пристальным наблюдением его матери и бабки. Но и сидеть как приклеенной на стуле — тоже не вариант.

Иду навстречу боссу, опустив глаза в пол, пряча в них обиду и мрачную безнадежность.

— Викочка, дорогая, — восклицает Галина Сергеевна. — Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, тебе получше?

— Да, намного, все отлично, — поднимаю глаза и демонстрирую ослепительную улыбку, фальшивую до отвращения.

— Я очень рад, — глубоким голосом произносит Велевский.

Не могу встретиться с ним взглядом, чувствую, что он пристально изучает меня и от этого лицо начинает пылать.

— Прохладно, не нужно было выскакивать раздетой. Еще простудишься. Пойдем в дом, — заботливо говорит босс.

Ничего не остается как изобразить умиление и послушание.

В доме продолжаю держаться чуть отстраненно, с холодной вежливостью, которая, наверное, не вяжется с моим выходом на улицу — столь радушный жест, а потом я снова спряталась в свою скорлупу. Надеюсь, что Антон поймет, что не моя была инициатива, бабуля настояла.

В любом случае, останемся наедине, и я ему об этом расскажу.

Наедине… Я и боюсь до жути, и жду этого.

*********************************************************************

После обеда, на котором только пару ложек супа в себя влить смогла, да и Велевский не демонстрировал наличие аппетита, поднимаемся к себе на этаж.

— Не хочешь узнать где я был? — спрашивает Антон возле двери в свою комнату.

— Да не особенно. Пойду к себе.

— Ты занята? У тебя послеобеденный сон запланирован?

— Нет, интересная книга.

— Я думал, ты соскучилась.

— А я думала, тебе было хорошо с Софьей, — вырывается у меня.

Боже, как стыдно. Как глупо, зачем я это брякнула? Это же открытая демонстрация ревности!

— Ты так считаешь? — улыбается босс. — Решила, я с Софьей это время проводил?

— Мне на самом деле все равно, — отвечаю поспешно. — Ты волен быть с кем угодно, ведь мы лишь притворяемся…

— Я был занят по бизнесу. Но мне приятно твое собственническое отношение ко мне.

Это невыносимо, издевается надо мной, подтрунивает и не скрывает этого!

Чувствую, как гнев заполняет меня, смешанный с отчаянием.

— Никакого у меня нет отношения, ясно? Я устала от этого фарса, мне стыдно врать твоей матери, бабушке. Я правда больше не могу! Вызови мне такси! — повышаю голос, почти кричу, а ведь мы все еще в коридоре.

У меня было две секунды, чтобы пожалеть о своей несдержанности, что нарушила данное себе обещание общаться с холодной учтивостью. Потому что дальше Антон схватил меня за руку и втащил в свою комнату.