Книга Небо цвета Измены, страница 5 – Саша Девятова

Встречаюсь с хозяйкой квартиры, смотрю своё временное жилище, сразу рассчитываюсь за сутки и запираюсь изнутри. Здесь спокойно, как в гостиничном номере, чисто и обезличено. То что надо. Отключаю телефон, предварительно написав Ирке, что у меня всё в порядке, раздеваюсь и падаю на мягкую кровать. Свежие белоснежные простыни приятно хрустят, голова ложится на мягкую подушку, я обещаю себе, что буду сильной и закрываю глаза. Как же я устала.

Просыпаюсь с первыми лучами солнца, свободно проникающего на двенадцатый этаж съемной квартиры. Потягиваясь, зеваю и встаю с кровати, направляясь к окну. Город ещё спит, а я уже совсем выспалась.

В желудке пустота, дико хочется что-нибудь съесть. Со всеми вчерашними перипетиями я совершенно забыла о еде, последний раз ела в самолёте.

На часах пять утра. Была бы я дома, нашла бы, чем перекусить, но я в пустой съемной квартире. Искать круглосуточный магазин?

Чёрт возьми, Мария, кончай из себя размазню строить. Поднимай свою попу и топай к себе домой! Противно? Бери тряпку, ототри всё хорошенько, а для надёжности с солью полы помой, всё будет хорошо.

Чувствую прилив сил, здоровую злость и максимальное раздражение. Точно, хватит прятаться. Отдохнула, пришла в себя, теперь дальше, строить новую жизнь.

В душе моя уверенность становится железобетонной, мысленно я уже кастрировала Эда, надавала ему по наглой морде и вытолкала за дверь. Я не мямля!

Бодрая, быстро оделась и, отдав ключ консьержу, направилась домой.

Уверенный шаг, хорошая скорость, я дошла до дома очень быстро, но вот в тот момент, когда стала подходить к подъезду, ощутила внутреннее сопротивление. Вот гадство. Нет, вы меня так просто не сломите. Я себя уже знаю, все эти хитрости мозга, лишь бы пострадать и полежать на диване с кучей шоколадок. Проходила, не хилую сумму психологу отнесла, теперь сама знаю, как лечиться.

Пересиливаю себя, поднимаюсь в квартиру и решительно открываю дверь ключом. В нос бьет остаточный запах Эдика, чужих духов и мяты. Пофиг. Разуваюсь, прохожу на кухню и открываю настежь фрамугу, свежий утренний воздух приятно заполняет пространство вокруг, вытесняя всё лишнее. Иду в комнаты и проделываю тоже самое. Всё. Теперь здесь ими не пахнет.

В большой мусорный пакет летят осколки вазы, подарка Эдика, который он мне сделал на день рожденья. Дорогая, красивая, тонкая работа, он выбирал её тщательно, гордился своим вложением. Теперь ей место на свалке.

Диван. Большой, из светлой кожи, мягкий и любимый, уютный и такой родной… Нет, продавать не буду, отмою и переставлю, чтобы не вспоминать каждый раз. Что ещё тут можно передвинуть?

Голодное урчание желудка направляет меня на кухню. Открываю холодильник и вижу совсем нетронутую кастрюлю борща. Лицемер, говорил, что я очень вкусно готовлю, а сам не съел и ложки. Выливаю в унитаз, недельный суп я есть точно не буду.

Нахожу яйца, сыр, ветчину, делаю сытную яичницу, параллельно подогревая чайник и насыпая в заварочный чай с бергамотом. Слюноотделение пошло. Хлеб на полке успел заплесневеть, значит Эдик здесь не питался, по ресторанам бегал, мог себе позволить, любил жить красиво, не понятно только зачем мне пыль в глаза бросал, пытаясь сделать из меня хозяюшку.

Нашла непочатую пачку хлебцов, с удовольствием откусила и захрустела вздутыми зёрнами пшеницы. Яйца почти готовы, за свистом чайника кипяток заваривает крупные чаинки, и кухня наполняется утром. Хорошо.