Книга Снежинка для доктора. Исцеление любовью, страница 45 – Наталья Одинцова

В мыслях вновь всплывает образ девушки из моего сна. А то есть Светы. И меня волнует один вопрос: а что бы было тогда в кабинете, если бы не появилась рыжая? Провели бы вечер вдвоём, и между нами всё равно что-нибудь да произошло бы. Я перед ней и так не мог устоять. С трудом держался. А в тот вечер она ещё и пришла слишком сексуальная. Наверное, меня ждал подарок и не только торт, но и возможно что-то более эротичное. Возможно очень откровенное. Но одно я знаю точно: Света гордая и никогда не поступит как Маринетт. Мне очень нравится в ней эта черта. Красивая, но недоступная. А ты сидишь и додумываешь, что у неё в голове происходит, что в мыслях, а что у неё под платьем? Она умеет сводить с ума. В этом я уже успел убедиться.

Перевожу взгляд с чашки ароматного чая на телефон. Снова звонок от Ольги. Нет. Хватит жить прошлым. Наверное, пора сменить номер. Что я и делаю сперва. Но потом останавливаю себя. Вставляю симку обратно. И только потом иду завтракать в полном спокойствии. Больше меня никто и ничто из прошлого не потревожит.

Спустя два дня я еду в город от бабушки и направляюсь прямо на работу. Пора решить вопрос с увольнением.

В пока ещё своём кабинете я встречаю дядю:

— Здравствуй, сынок. Рад тебя видеть.

— Здравствуй. Сразу перейду к делу. Я хочу уволиться. — заявляю со всей серьёзностью.

Дядя поднимает на меня задумчивый взгляд, нервно потирая двумя пальцами подбородок.

— Зачем?

— Ты знаешь, что я специалист в другой области медицины, и во-первых, я хочу вернуться в неё обратно. А во-вторых, больным детям ты можешь сам назначать лечение. Без меня. Я наработался.

— Это из-за Маринетт? Я поговорил с ней. Она сказала, что ты её избегаешь. Тебе не нравится девочка?

— Почему она должна мне нравится? Её поведение как у легкодоступной женщины.

— Она просто влюбилась. И сходит по тебе с ума.

— Ей не я нужен. А деньги и известность. А меня в городе хорошо знают, как одного из лучших гинекологов.

— Ладно. Не хочешь рассмотреть её как вариант в жены, то можешь в любовницы.

— Дядя хватит, — срываюсь на крик. – Мне всё это осточертело. Я увольняюсь.

— Сынок, да моя клиника как наследство в будущем будет для тебя. Оставайся.

— Мне не нужно твоё наследство. Оставь кому-нибудь другому. Да и к тому же у тебя есть сын. Ему и оставь.

— Фридрих.

— И да, по поводу Маринетт я больше молчать не буду.

Подхожу к столу, беру лист бумаги и ручку и пишу заявление по собственному. Я настолько устал, что никакие его бонусы ему не помогут меня остановить.

И три года назад я остался не из-за привилегий. Я остался из-за девчонок-Оли и Софии. Одну нужно было охранять, а с другой быть всегда на связи и помогать, чем было возможно. Но теперь все спасены, здесь мне делать нечего.

Написав заявление, подаю лист дяде и бросаю:

— Можешь даже не рассчитывать меня. Я просто ухожу.

— Стой, Фридрих....я всё понял. Вопрос с Маринетт я решу. Но останься работать. Или просто доработать.

— Нет.

Разворачиваюсь и покидаю кабинет.

Прибыв в квартиру, доставшуюся мне после смерти мамы, прохожу в её глубь и осматриваюсь.

Раньше мне доставляло какое-то облегчение находиться здесь, словно я вернулся в родную гавань. А сейчас внутри пусто, и я ничего не ощущаю. Но вскоре устремляю взгляд на дверь в ванную комнату. Поворачиваюсь и медленными шагами иду к двери. Останавливаюсь, а рука зависает в воздухе над ручкой двери. Возникает страх. Но не пойму почему. А потом я резко открываю дверь, включаю свет и взглядом окидываю ванную.