Книга Ты будешь моей и точка, страница 56 – Наталья Одинцова

— Мы теперь поняли...как вы помирились. — с усмешкой ответила мама.

Мы с Костей переглянулись и засмеялись.

— А ты думаешь, мам, мы помирились больше месяца назад? Нет. Мы помирились недели две назад.

— А беременность интересно, как получилась?

— Так это тренировка с последствиями. — захихикал Костя, и я ударила его ладошкой по плечу. Вот же бесстыдник. И только одно я заметила, он так и не сказал родителям ничего. И мне так и не дал ничего ему объяснить. Но я всё равно это сделаю. В самый важный для нас день. Ему придётся меня выслушать. Иначе он всегда будет думать, что растит чужого ребёнка.

Плотно поужинав, мы с Костей выходим из-за стола и убираем пустую посуду. Мама ворчит, но мы всё равно решили помочь. А потом Костя взял меня за руку и увёл в свою спальню. Уже в спальне, он взял с полки альбом с фотографиями, посадил меня на постель и дал мне его посмотреть. Там были его детские и школьные фото. А сам взял ноутбук и сел рядом. И долго что-то там делал.

— Кость, что ты там делаешь? Давай лучше вместе фото смотреть.

— Облегчаю нам работу. — а следом только и слышно звук клавиш ноутбука.

— Доклад решил напечатать? Так, мы вроде универ уже закончили.

— Я выбираю дату свадьбы. — и опять клацанье кнопочек на ноутбуке.

Киваю, не сразу поняв смысл его слов. Но потом до меня доходит, и я резко присаживаюсь ближе к нему.

— Та-а-ак, а почему без меня?

— Ну тебе нужны положительные эмоции. А мы начнём спорить из-за даты сто процентов. А я этого не хочу. Мне день ещё выбирать, когда можно будет написать заявление на отпуск и начать готовиться к свадьбе.

Стукаю его по плечу:

— Вообще-то дату свадьбы оба должны выбирать. Я тебе сейчас покажу положительные эмоции.

Убираю альбом с фотографиями на полку, ноутбук ставлю на стол и начинаю к нему приставать, просто играя.

— Лера, ты сейчас нарвёшься. — он уворачивается от меня, с удивлением смеясь, – Лера, прекращай. — но я не отступаю и продолжаю его щипать.

— Так тебе Захаров.

Он прекращает уворачиваться и резко за руку разворачивает меня к себе лицом, отчего впечатываюсь в его тело, он резко заключает меня в свои объятия. И вырваться у меня уже не получается.

— Попалась проказница. Сейчас накажу тебя.

— Только попробуй. — возмущённо отвечаю ему. И этот негодник заваливает меня на постель, впиваясь в мои губы с такой страстью, что спустя пять минут они распухают от поцелуя, у меня возникает желание совершить с ним грех. И он это начинает понимать в самый удачный момент:

— Так, Валерия Евгеньевна, стоп. Никакого секса. Я, конечно, хочу, но не здесь и не сейчас.

— А кто меня раздразнил? — выбираюсь из его объятий и недовольная ухожу в другую комнату. Гормоны шалят, и я начинаю плакать. Вот зачем так? Зачем? Я же беременна. Сижу плачу и никак не получается успокоиться. Но в спальню заходит мама Кости:

— Так-так, успокаивайся. Давай сладенького.

Стоит только ей показать мне кусочек торта, как у меня начинается рвотный рефлекс, я закрываю рот ладонью и несусь в туалет. И весь ужин покидает мой желудок. Чёртов токсикоз!

А позади меня появляется мама Кости и задумчиво произносит:

— Хочешь маринованных огурчиков?

Поднимаю голову, приземляюсь рядом с унитазом и тяжело вздохнув, почти шёпотом произношу:

— Только если рассольник.