Книга Полковник. Я тебя раскрою, страница 8 – Кара Райр, Алена Московская

Ребенок Давида.

Которого он даже не признал.

Которого он оставил, как будто его вообще не существовало.

Ладно, я об этом итак очень много думаю.

Возможно это одна из причин, почему я не подпускаю к себе мужчину, боюсь, что он оставит меня тоже одну, бросит кинет, на произвол судьбы, как это у них там принято, да и хоть я не вещь, не хочу остаться ослабленной одна с ребенком на руках да или даже без. Мужчины- это ответственность, а они зачастую забывают.

Я смотрела в окно, наблюдая, как проносятся здания, вывески, утренние прохожие, завернутые в шарфы и куртки.

Мои пальцы нервно барабанили по колену.

Я не знала, что скажу ей.

— Ой, Алка, слушай, видела этого утырка, денег за алименты не стрясла.

То, что я видела его вчера? Что сидела за одним столом с этим ублюдком? Что разговаривала с ним, слушала его мерзкий голос, терпела его ухмылку?

Алла не должна была знать.

Так будет лучше.

Негоже бередить старые раны.

Такси остановилось у небольшого дома на окраине.

Не элитный район, но и не самый плохой.

Алла всегда старалась дать сыну всё лучшее, но без лишней роскоши, на которую не могла бы заработать сама.

Я расплатилась и вышла, вдыхая прохладный воздух.

Дверь открылась, и на пороге появилась она.

— Эля! Как же я рада тебя видеть!

Я ответила улыбкой, хотя внутри все еще бурлили эмоции после вчерашнего.

— Привет, сестренка.

Она обняла меня, крепко, очень крепко. Напряжение на секунду отступило.

— А ты чего так рано? — удивилась сестренка, оглядывая меня с головы до ног, — Выглядишь… как будто не спала.

— Работа, — пожала я плечами, надеясь, что она не станет копать глубже.

Но Алла слишком хорошо меня знала.

— Ты опять берешь на себя слишком много, — покачала она головой, — Ладно, проходи, не стой на пороге.

И тут я услышала топот ножек в коридоре.

— Тетя Эля!

Я не успела развернуться, как ко мне подлетел мой бравый богатырь.

Ваня.

Мой племянник.

Он был маленькой копией Давида.

Та же темная шевелюра, те же глаза, только не хищные и холодные, а светлые, добрые, детские.

Он не знал, кем был его отец. И лучше бы ему никогда не знать. Но теперь, когда я его увидела, лично, в живую, сразу же нашла все неоднозначные черты. Уши, такие же, разрез глаз. Ох… остается только тяжело вздохнуть.

Я опустилась на корточки и улыбнулась, растёрла его тёплые ладошки в своих.

— Ваня, ты что, растешь со скоростью света? Уже большой совсем.

Он закивал, гордо выпятив грудь.

— Мама сказал, я скоро стану, как ты!

Я усмехнулась.

— Как я? Ты хочешь быть прокурором?

Ваня задумался.

— Нет… я хочу быть супергероем!

Я рассмеялась.

— Правильный выбор.

Алла с улыбкой наблюдала за нами, но в глазах у нее мелькнула грусть.

Она тоже знала, на кого он похож. Но как бы и мусолить эту тему никто постоянно не хочет, это просто меня… коробит.

— Пойдём пить чай? — предложила она.

Я кивнула, но знала — этот визит не будет простым.

Ведь я приехала не только ради Вани.

Я приехала, чтобы еще раз убедиться, почему я должна посадить Давида за решётку.

И убедилась, так что через два часа снова сидела в такси, глядя в окно.

После встречи с Аллой мне нужно было немного выдохнуть, отвлечься, занять голову чем-то другим.

Я не из тех, кто ходит по магазинам ради удовольствия, но сейчас мне просто нужно было что-то купить.