Книга До встречи в реальности, страница 57 – Кара Райр

— Благодарю, — она поклонилась мне, затем подошла и расстегнула пуговицу моей рубашки, такого я точно не ожидал. — Ты мокрый, снимай.

Она провела пальцем по маленькому красному пятну на моей рубашке, которое я, конечно же, не заметил. Точнее, раньше не было поводов скрывать маленькие красные пятна, приезжая по сути в свой второй дом. Она сделала вид, что ничего не видела, я решил поступить так же.

— Ты не получишь моего тела. Извращенка, — я снял рубашку и закусив губу, сел на диван.

— Все мужчины, Алик, рождаются с биологическими потребностями, они хотят сношаться, доминировать. Но не стоим им забывать, что и у женщин есть потребности, и не все готовы скрывать их за скромностью, сдержанностью и чистой душой. Мы тоже имеем право желать, так же безумно и безудержно, как мужчины.

Тут Камилла, бесшумно подкравшись, подала мне виски со льдом. Я сделал глоток и поставил стакан на журнальный столик.

— Пожалуй, оставлю вас одних. Если что заходи, где моя комната, ты знаешь, — обратилась она к Карине.

— А я тоже хочу, — оскалился я.

— Алик, — Ками посмотрела на меня с укором и испарилась в коридоре. Она всегда была хорошим другом и верным соратником, во время войны, проявляла себя как настоящий боец.

— Ну что, поговорим о неразделенной любви? — Кара села рядом, закинув одну ногу на мою. Шортики у нее были короткие, но не настолько, насколько бы мне хотелось. Я положил руку на ее лодыжку.

— Рассказывай.

— Ты первый, — она состроила гримасу «давай, давай».

— Ее звали Ева. Она была жуткой рыжей стервой, — моя улыбка чуть свернулась. Ни с кем кроме Ника я об этом не говорил. Я сделал глоток виски.

— И все? — Кара облокотилась о подушку, что лежала за ней.

— Мы расстались 100 лет назад. Как оказалось, любовь не вечна.

— Ты себя так со мной ведешь, потому что думаешь, что я тоже разобью тебе сердце?

— А может, я твое?

Эти слова стали последней каплей моего терпения. Я повернулся к ней, ее нога соскользнула на диван, мне пришлось приподняться над ее телом. Она пахла смородиной и тропическими фруктами, так громко, как только я мог слышать. Напряжение росло, она смотрела мне прямо в мои глаза. Я схватил ее за шею сзади, натянул ее волосы, она приоткрыла рот, чувствовалось как биение ее сердца учащается, а дыхание становится тяжелее. Она не сопротивлялась. Наоборот, даже чуть прогнула спину, показывая свою покорность. Это сводило меня с ума. За долгую жизнь у меня было много разных девушек, но такой бури я не испытывал, наверное, никогда. Я уже наклонился для поцелуя, но едва коснулся ее приторных губ, входная дверь хлопнула. Ник ворвался и пошел в свой кабинет, не обратив на нас внимания. Он даже не захлопнул дверь. За ним зашла Ада. Она-то приметила нас сразу, ее глаза округлились, а улыбка расползлась по лицу.

— Я лишь хочу полюбоваться на твой горящий труп! За всеми вами идёт смерть! Я лично пущу пулю в твое сердце! — разнесся крик из кабинета. Оу, кажется у нас проблемы.

Алик

Костер-Даул. Двадцатый век

В те времена веселье было везде: на улице, в домах и даже в темных переулках. Играли оркестры африканцев и криольцев. Джаз и песни африканских рабочих именно тогда стали символом этого города. Нашим любимым занятием было посещение баров, клубов. К счастью или к сожалению, нам это наскучило.