Книга Предатель. Моя сестра от тебя беременна, страница 84 – Оксана Барских

— Что ты хочешь за то, чтобы ты забрала заявление? Если хочешь, я готова извиниться.

Видно, что Агафья Давидовна предлагает это не от души, а потому что на всё готова ради освобождения сына. Не хочет портить ему будущее.

Извинения, особенно неискренние, мне не нужны, а вот условия я уже давно придумала.

— Хорошо, Агафья Давидовна, заявление я заберу, но есть ряд условий, которые он должен выполнить, и только тогда мы сможем договориться.

— И что за условия?

Женщина настораживается и смотрит на меня с прищуром, а я не томлю с ответом и сразу же озвучиваю первое условие.

— Глеб должен будет в ближайшее время уехать из города и больше не попадаться мне на глаза. Как я понимаю, в одном городе мы не уживемся, и это уже показал наш негативный опыт. Будет лучше, если свою новую жизнь он начнет с нуля и в другом месте.

Бывшая свекровь сжимает зубы, но молчит, не говорит мне то, что сейчас крутится в ее голове. А судя по гневному взгляду, сказать она хочет многое, но не решается нагрубить, понимая, что тогда я ни на какие уступки не пойду.

— Ему не с руки отказываться. Суд даст ему немалый срок, он пойдет, как организатор, и в любом случае пойдет по этапу и отправится на просторы нашей необъятной родины. Так что я даю ему возможность уехать добровольно и самому в любой город, который он выберет сам. Насколько я знаю, его банк открыл новый филиал в Сибири, и ему предложили его возглавить. Пусть он соглашается. Для него это лучший вариант.

— Есть еще одно условие, верно, Варвара? А ты не так проста, как я о тебе думала.

— Это уже неважно, кто и что о ком думает, Агафья Давидовна. Реальность такова, что мы с вами больше не связаны никаким родством, и видеть я вас больше не хочу. Это, кстати, касается второго условия. Глеб откажется от отцовства. Ребенок ему всё равно не нужен, — добавляю я, так как такой, как Глеб, только испортит психику моей дочери. Ни к чему ей вообще знать о нем.

— Глеб ни за что на это не согласится, — сжимает зубы моя бывшая свекровь, и это доставляет мне удовольствие. Видеть, как она беспомощно бесится.

— А вы сделайте так, чтобы согласился. Мы оба знаем, что это в его интересах. И не нужно сейчас делать вид, что вам есть дело до внучки. Вам ведь вообще на нее плевать, вы просто хотели насолить мне, когда настаивали на том, чтобы судья отдал дочь Глебу. Хотите для своего сына кристально чистую историю о несудимости? Тогда уговорите его выполнить эти два условия, и тогда он будет на свободе. Наши пути больше не пересекутся, и он сможет жить дальше. Вы же ведь хотите, чтобы когда-нибудь он женился и привел в дом именно ту девушку, которую вы одобрите?

Мрачное лицо Агафьи Давидовны не приносит мне удовлетворение, зато по взгляду я вижу, что она согласна. Ей, действительно, всё равно на новорожденную внучку, как и на ребенка, которого носит Зина.

Всё, что ее волнует — это ее сын. Ради него она пойдет на многое, а уж как она уговорит Глеба отказаться от отцовства, это уже ее проблемы.

Проблем она никаких не доставляет и вскоре уходит, а я вхожу в гостиную, где Андрей покачивает люльку с Машей и присаживаюсь рядом, чувствуя облегчение, что эта встреча закончилась.

Тему с Верой Трофимовой и Любой она не поднимала, так как, видимо, после того, как Глеба арестовали на ее глазах, муж ушел для нее на второй план.