Книга Разлучница между нами, страница 97 – Оксана Барских

Последнее он буквально шепчет, словно ему непривычно произносить связку из этих слов вслух, и тем ценнее мне его признание.

— Что ж, – говорю я и протягиваю ему футляр обратно. – Тогда надень мне кольцо сам. Надеюсь, ты угадал с размером.

— Мерил, пока ты спала, – улыбается он, и вскоре кольцо садится на мой палец, как влитое.

Света давно учится в другой школе, поближе к дому, но это решение я приняла уже после того видео Антона и Фаины, которое гуляло несколько суток по сети, пока его не удалили спецы Геры. В любом случае, даже в школе об этом узнали, и я решила, что лучше будет Свете учиться в другой школе.

Антонину Евгения Петровна перевела в обычную гимназию около своего дома, и это тоже было к лучшему.

Постепенно жизнь входит в свою колею.

Когда Света заканчивает первый класс, Адель рожает девочку, которую решает назвать Виолой. Мы все встречаем ее у роддома, и пусть она еще немного от нас отдалена, но с Тимом общается регулярно. Как никак, они близнецы, и эта связь, несмотря на разницу характером, играет с возрастом свою роль.

Моя первая внучка так похожа на нашу с Кешей мать, что это трогает наши сердца, заставляя в душе простить Адель. Мне хочется целыми днями возиться с этой крошкой, но Адель не позволяет, всё еще таит на меня обиду, так что мне приходится переламывать себя и держаться какое-то время в стороне.

Понимаю, что должно пройти немало времени, прежде чем мы оба остынем.

В августе, когда Свете должно исполниться восемь, мы снова устраиваем празднество. Только на этот раз для самых близких и друзей самой дочери. Никаких бизнес-партнеров и влиятельных людей.

Поскольку сбор родственников намечен на после обеда, утро мы проводим так, как хочет сама дочка. В зоопарке, где и начинается праздник для нее и ее одноклассников, некоторых из которых сопровождают родители.

Герасим катает Свету на своих плечах, и она гордо смотрит по сторонам, радуясь тому, что и она может вот так смотреть с такой высоты на резвящихся со своим отцом мальчишек-близнецов из ее класса.

— Папа! Папа! – кричат рядом мальчишки, показывая отцу то на львов, то на жирафов.

Я вижу, каким задумчивым взглядом смотрит Света то на них, то на Геру, но молчит, ничего не спрашивает. А когда после зоопарка и детского VR-центра мы возвращаемся домой, Света вдруг поднимает взгляд на Геру и говорит то, от чего мы оба замираем.

— Папа, помоги мне снять обувь, я устала.

Она вместе с этим прищуривается одним глазом лукаво, но при этом я вижу, что в глубине глаз царит страх, что ее одернут, запретят так обращаться. Вот только Гера вскоре приходит в себя и присаживается, заговаривая хриплым тоном. Видно, как сильно его трогает просьба Светы.

— Конечно, помогу, солнышко.

Дочка, как только мы помогаем ей раздеться, убегает играть к камину с новыми игрушками, и поглядывает при этом на коробки под елкой, впрочем, не решаясь их открыть, ведь мы строго-настрого запретили до наступления нового года. Мы же с Герой переглядываемся, и я вижу, как ему важно то, что произошло буквально только что.

Он молчит, но я и без слов понимаю, что доверие Светы для него нечто особенное, что трогает сердце, сжимая его в своих маленьких кулачках.

А вечером, на удивление, даже Адель приходит на ее день рождения с полуторамесячной Виолой. Ведет себя тихо, практически не подает голоса и только поглядывает на меня с затаенной опаской. Хочет поговорить со мной, так что вскоре на кухне мы остаемся одни, пока остальные воркуют с младенцем в гостиной.