Книга Другая женщина. Она хочет забрать мою семью, страница 53 – Оксана Барских

Он заканчивает разговор по телефону как раз тогда, когда я захожу в кухню, и слегка улыбается при виде меня, словно это не он собрался ехать за тридевять земель один. Я смягчаюсь, когда вижу в его глазах восхищение, которого мне так не хватало. Чувствую себя при этом безумно красивой женщиной и понимаю, что свекровь была права. Он видит меня такой, какой я себя демонстрирую. И если не хочу потерять его, не должна запускать себя, депрессуя из-за соперницы.

— Вика… Ты сделала новую прическу? — замечает он, как и все мужчины, не всегда понимая, какие перемены произошли во второй половинке.

Тут же трогаю волосы, закусывая губу от волнения. Вдруг ему не понравится?

— Да, просто решила немного обновить стиль, — зачем-то оправдываюсь.

— Тебе очень идет, Вика, — делает он мне комплимент, и я даже краснею.

Не то чтобы давно не получала от него комплименты, но всё равно приятно осознавать, что все мои труды были не напрасны.

— Новый имидж мне к лицу?

Я встряхиваю шевелюрой с неожиданным для меня кокетством, а Марк, подойдя ко мне с потемневшим взглядом, зарывается в нее лицом, жадно вдыхая мой запах.

— Пахнет обалденно, — признается он, отстраняясь, но продолжает гладить меня по волосам.

Напряжение нарастает семимильными шагами, давно не испытанное, даже не верится, что всего лишь нужно было поменять прическу и красиво накраситься, чтобы привлечь внимание мужа.

— Спасибо, — лепечу я с довольной улыбкой, когда Марк притягивает меня к себе, да так, что я даже ахаю.

— За что ты говоришь спасибо, родная? А что еще ты купила? — он гладит меня под грудью, нежно проходясь пальцами по животу через одежду, и по коже тут же несутся мурашки.

Намек понятен, он ожидает, что я купила провокационное белье, чтобы порадовать его, и я начинаю дрожать, до того взбудоражена его касания.

— Сюрприз будет ночью, — обещаю, шепча ему на ухо.

Он кивает, снова зарываясь носом мне в волосы, продолжает меня ласкать, словно не может удержаться и не трогать.

Есть в этом что-то интимное и завораживающее, и я чувствую, что на верном пути. Могла бы устраивать ему очередной скандал, делая пропасть между нами шире, но решаю поступить так, как задумала. Буду ласковой кошечкой, а не злой мегерой.

— Черт, — Марк будто что-то вспоминает и, опомнившись, смотрит на меня затуманенным взглядом. — Вы уже собрали вещи, Вик?

Морок тут же проходит. Ничего не изменилось. Временное помутнение прошло, и Марк вспомнил, что на самом деле важно для него.

— Нет, — резко отвечаю я, вспоминая обиду, и даже слегка отстраняюсь. Все-таки над ласковой кошечкой придется еще поработать.

Он хмурится, видит, что что-то не так, и ощущает напряжение между нами. Выглядит уставшим и изможденным, ругаться со мной явно не хочет. Притягивает меня к себе и не дает вырваться, в то время как я забываю обо всех своих установках поговорить с ним конструктивно. На первый план выходят эмоции, с которыми нет сладу.

— Что случилось, Вик? Не хочешь ехать в Швейцарию в компании с Норой?

Он вздергивает бровь, а вот я перестаю брыкаться и пытаться вырваться из его хватки. Удивленно замираю и смотрю на него во все глаза.

— Что? Ты уже знаешь, что мы с Мартой едем с тобой? — выдыхаю. — Тебе мама сказала?

Я прикусываю губу, когда хочу спросить, как он к этому относится, но вовремя себя одергиваю. Не хочу ставить себя в положение просящей его одобрения. Я кремень. Я решила, что мы с дочерью едем, и это не обсуждается.