Книга Предатель. Я к тебе не вернусь!, страница 92 – Кира Вербицкая

Степан вздрагивает в салоне, паршивая Елена взбешённо мычит, ей заткнули рот, она орала громче всех и пугала Леру.

А Катя-Анжела плачет, не вызывая ни капли жалости. Только лишь неизменное желание придушить голыми руками.

— Марат, умоляю… отпусти нас… — сопливо умоляет Комарова-Воронцова, — Или хотя бы меня… я это сделала только из-за любви к тебе!

Ненадолго прикрываю глаза. Перед веками снова вид Леры… ещё бы чуть-чуть и я правда не успел…

А она смеет плакать, смеет умолять отпустить её.

Со всей силы швыряю её обратно в салон, она влетает и в свою мать и отца.

— Любишь меня, хах? А я вот тебя никогда не любил. Думал лишь о том, какая ты тупая, надоедливая, а теперь ещё и сумасшедшая.

Вижу, как в её глазах мелькает гнев и у мамаши тоже, но та сказать ничего не может. А Катенька просто боятся.

— Каждого из вас ждёт тюрьма. Это я вам не обещаю, а клянусь. Каждого. И я уж позабочусь, чтобы вы не просто сели как можно быстрее, но и срок был максимальный. Найду, за что кроме этого посадить.

Катенька дрожит, роняет слёзы, но я вижу в его глазах гнев. Даже сейчас эта дрянь ненастоящая. Так боиться показать истину. Так сильно…

И бесит этим ещё больше.

— Марат, нет… умоляю… только не тюрьма… я уеду из города, а? Давай уеду… — лепечет она, хлопая глазками умоляюще и тянется ко мне рукой, — Меня даже не за что садить… только их.

Безразлично хлестаю по тонкой, мерзкой ручонке, а затем позволяю на губах расплыться усмешке.

Я превращу их жизнь в ад за Леру.

— Я уже сказал, я найду за что посадить. И если захочу, ты никогда не выйдешь из тюрьмы. А я хочу.

— Нет! Прошу! Не надо… это же было ради нашей любви! — Катя-Анжела начинает громко ныть, хочет схватился за штанину, но у неё не получается, я делаю шаг назад.

— Пора ехать в город. — командую человеку Громова рядом. Он кивает и просто захлопывает дверь прямо перед носом у Анжелы.

— Марат! Марат! — эта психопатка начинает истерить в салоне. Придушить её хочется просто неимоверно.

Но я поступлю по закону. Посажу каждого из них настолько, что они на всю жизнь запомнят свою ошибку и пожалеют.

Как запомнил свою ошибку и пожалел я.

Не знаю, будет ли он у меня. Но у них второго шанса не будет.

Если получится, я заставлю их гнить в тюрьме даже на пожизненном. Они хотели уничтожить одновременно троих…

Сам же… буду делать всё, просто… чтобы Лера была счастлива и в безопасности.

Даже… если она скажет, что хочет остаться одна после того, что случилось из-за меня.

К большому сожалению, посидеть дома и поесть вкусного мяса от мамы меня не отпускают! Целый месяц я лежу в больнице на капельницах и кучи других лекарств и готова уже на стену лезть.

Елена травила меня каждый чёртов день с нашего знакомства и до момента, пока я не начала забывать принимать кучу баночек от неё.

Нормальные врачи очень удивились, что последний, четвёртый эмбрион вообще прижился, несмотря на то, что анализы у меня очень плохие для здорового вынашивания…

Но стали бороться с этим сразу, чтобы я и нашего с Маратом ребёнка не потеряла до родов и родить смогла спокойно, безопасно для себя.

Пролила слёз я много, узнав истинное состояние своего тела и хоть мне пообещали, что всё обратимо, я не выдержала и записалась к психологу.

Тяжело было довериться новому человеку, но я постаралась, стоило убедиться, что она точно никогда не была знакома ни с моей семьёй, ни с Маратом и его…