Книга Предатель. Я к тебе не вернусь!, страница 24 – Кира Вербицкая

Он изменил мне именно потому, что было обиднее всего признать.

Его любовь закончилась на том моменте, когда я захотела дать ему ребенка и ради этого перестала быть такой же красивой, как раньше.

Я отдала всю свою силу на то, чтобы у нас была настоящая семья. И вместо того, чтобы оценить это. Он разочаровался в том, что я больше не такая яркая.

Мои губы дрожат. Анжела это видит, её глаза загораются ещё большим огнём. Настоящим злорадством. Она снова усмехается и добивает.

— А я красивая и эффектная! Молодая и весёлая! А ещё! Самое главное! Я беременная!

Это шутка? Да, это должно быть шуткой. Или просто блеф, ложь. Или всё вместе. Точно. Я не верю. Я поверю во всё, что она сказала. Но не в то, что она беременна. От Марата беременна.

Он так не мог. Не мог. Он не настолько жесток!..Правда ведь? Он не мог.

— …Что? Ты врёшь… — я не верю. Нет. Этого не может быть. Что за глупости? У неё даже живота нет!

Пытаюсь я убедить себя. Но тут же понимаю. У меня тоже ещё нет живота, но я беременна.

И она столько обо мне знает. Того, что не знает моя родная мать. Он ведь просто соврал мне, что это был их первый раз, верно? А сам спал с ней, обсуждал меня, перемывал кости о том, как я ему надоела…после чего писал издевательское "я люблю тебя".

В висках болезненно долбит. Предатель. Он предатель. И лжец. Лжец.

— Нет, не вру, моя хорошая. У меня есть доказательство! — в голосе Анжелы плещется точная уверенность и злорадство. Её глаза горят бешеным восторгом, словно она гиена, что вот вот накинется на оставшиеся после другого куски мяса. Марат убил меня. А ей не терпится вцепиться в остатки добычи. Обглодать всё с костей. Она принимается шариться в своей сумке и уже через секунду суёт мне в нос какую-то бумажку. — Смотри!

Я на автомате отталкиваю её руку, а она снова суёт её мне с листком, но уже не так близко. И теперь я нормально вижу то, что никогда бы не хотела увидеть.

Практически точно такой же снимок УЗИ, как у меня, и немного ниже приписка.

Срок беременности шесть недель. Всего немного меньше, чем моя собственная. И примерно это время назад, несколько раз Марат вообще не приезжал домой с офиса.

Мол, слишком важное дело, постоянные встречи, звонки, куча документов. Проще поспать в кабинете офиса на диванчике, чем вернуться домой на три часа и обратно.

Так он тогда описал несколько дней отсутствия дома и выглядел действительно плохо. Уставший, просто выжатый, как настоящий лимон.

Я верила. Но теперь вижу этот снимок, снова вспоминаю картину в спальне.

И слеза всё же срывается с моего глаза, скатывается по щеке и капает на бумажку.

— И это не все доказательства… — голос Анжелы садится, пропитывается ненавистью всё больше, больше и больше, — После десятой недели я могу предоставить тебе тест ДНК и ты убедишься. В том, что это действительно сын Марата. А ты просто лохушка, которая всё это время была с ним только потому, что ему жалко было бросить такой балласт как ты!

Я его балласт? Как много раз он говорил ей это? И что он сказал ей после того, как я увидела их и уехала, а он вернулся? Посмеялся надо мной и продолжил незаконченное дело? А потом приехал ко мне и соврал, что Анжела никто.

Хотя она стоит здесь. Прямо в когда-то моей квартире. Когда-то моём безопасном, родном месте.