Книга Разведенка. Беременна в 46, страница 10 – Оксана Барских

Я совсем паранойю, раз решила, что дочка друзей семьи может заинтересовать моего мужа. Она ведь в дочери ему годится, даже младше нашей старшенькой, ровесница сына Миши.

Я молчу, пока мы с Владом не садимся в его машину и не отъезжаем подальше от офиса. Я не напоминаю, что приехала на своей, а он не спрашивает.

Наш разговор должен происходить тет-а-тет, но я никак не решаюсь задать свой вопрос и тяну время, то копаясь в бардачке, то в своей сумке в поисках влажных салфеток.

— Что происходит, Варь? – разрезает тишину его голос. – Ты давно не приходила ко мне на работу, да еще и так рано, без задержек на своей важной работе. А тут вдруг сорвалась, примчавшись ко мне в офис. А теперь молчишь, как партизан, ни слова не произнесла еще.

В его голосе я слышу горечь. Это всегда было камнем преткновения в семье. Порой мне тоже приходилось оставаться во внеурочное время в прокуратуре, так как требовалась отчетность в Министерство или приходили срочные поручения. Но я никогда не понимала причин его гнева, если он тоже, бывало, задерживался по рабочим вопросам.

Мы давно не ругались по этому поводу, но я сдерживаю первый порыв, напоминая себе о важном. Сглатываю и всем корпусом поворачиваюсь к Владу.

Когда я задам ему вопрос, от которого зависит наше будущее, хочу видеть его лицо. Каким бы невозмутимым он не казался своим клиентам и партнерам, я вижу его насквозь.

Мимика. Повадки. Мне он никогда не мог соврать. Вот только и я никогда не задавала ему вопросы про его верность. Раньше в этом не было нужды.

Я бы могла долго ходить вокруг да около, но не хочу тянуть. Лучше рубануть правду-матку и не трепать себе лишний раз нервы.

— У тебя выявили хламидиоз, Влад, мне прислали твои анализы из больницы.

Его лицо каменеет, но взгляд направлен вперед, на дорогу. Молчит. Стискивает челюсти.

— Ты мне изменяешь? – уже тише спрашиваю я.

В ответ – снова тишина.

У меня внутри всё падает. Обрывается та ниточка доверия, на которой держалось мое спокойствие. Уходит с надломом вера, придающая мне уверенности в будущем.

Изменяет…

Он ничего не отвечает, но в этом нет нужды.

Я вижу всё собственными глазами.

Его трясущиеся на кожаной обивке руля пальцы. Тяжелое дыхание с сипением при выдохе. Дергающееся веко на правом глазу.

Мои собственные руки трясутся, и я сжимаю ладони в кулаки, задыхаясь от прерывистого дыхания.

Он продолжает молчать, будто разговор сам собой утихнет, и я окончательно взрываюсь, хватая и дергая несчастный руль на себя, чтобы Влад обратил на меня, наконец, свое чертово внимание.

— Хватит молчать! Кто она?

— Хватит молчать! Кто она? – кричу я, не контролируя себя.

Машина в этот момент виляет, и Влад тормозит у обочины, отчего я не удерживаю равновесие и ударяюсь головой о боковое стекло.

— Ты что творишь? Мы могли слететь с дороги и перевернуться! Столкнуться с другой тачкой и попасть в массовое ДТП!

Влад не кричит на грани, а цедит каждое слово сквозь зубы так жестко, что меня пробирает холодом и чувством вины. В крови гуляет адреналин из-за чуть не случившейся по моей вине аварии, и я замолкаю, пытаясь унять заполошное дыхание.

Молчу, не отвечаю Владу, а затем зажмуриваюсь и не могу сдержать слезы. Сама не замечаю, как уже рыдаю в голос, громко всхлипывая и пытаясь сквозь туман перед глазами найти в своей гребаной сумке несчастные салфетки.