Книга Бывший муж, предатель и отец, страница 79 – Кара Райр, Рита Нестерова

Я знала, что Влад имел право злиться, имел право делать всё, что захочет. Ведь всё случилось из-за меня. Моя глупость, моя сделка с Артёмом, моя вера в то, что можно одной уловкой избавиться от проблем. Только я одна виновата в том, что случилось. Не согласись я на сделку, не было бы сейчас ничего.

Но… Была бы слежка, нервные дни и ночи в страхе… Но то, что сулила мне судьба прямо сейчас - ещё хуже.

В голове сейчас крутилось только одно… Моя дочурка. Моя девочка, жизнь моя, ангелочек мой. Я… я… я так люблю тебя… Боже, как же горько. Какой же непреодолимый ком застрял в моём горле. Я еле дышала.

Если Влад даст показания, если делу пустят ход, меня привлекут к уголовной ответственности. Я это уже понимала. Даже знала, по какой статье. Соучастие в преступлении, фактически — пособничество в подготовке убийства. Я заманила Влада в логово Артёма, хоть и не желала его смерти, но разве закон интересует, что я «не понимала всей тяжести»? Конечно нет. Молоток судьи прогремит громко, как и мои «восемь лет строго режима» или ещё чего.

Всей системы я не знала, да и откуда мне было знать? Это я представила себе лишь так, как видела это в фильмах. А мороз по коже так и бродил от ног к плечам и обратно. Но вот внутри всё лихорадило, словно само пекло преисподней сейчас открыло портал внутри моей души. Жуткий ужас - вот что я сейчас испытывала.

Пособник убийцы - так обо мне могут написать в какой-нибудь городской газетёнке. А я от этого позора никогда не отмоюсь. Только сейчас я осознала, насколько тяжким может быть лишь одно неверно принятое жизненное решение.

И что тогда? После суда? Тюрьма. А как же София? Что уготовано ей судьбой?

И тут мой мозг стал рисовать не очень то радужное будущее. Я вдруг ясно увидела картину: Влад приносит судье ДНК-тест, который доказывает его отцовство Софии. А я — заключённая, без прав, без голоса. Судья только разведёт руками и подпишет бумаги об опекунстве. И всё.

София будет жить с ним, а я увижу её через стекло в комнате для свиданий, если Влад позволит. Только вот не думаю, что позволит. В его стиле будет скорее сказать, что мама умерла и давай улетим отсюда куда подальше. А дальше я никогда их не увижу, просто не смогу найти…

Меня затошнило. От мыслей, от ситуации, от затхлого запаха полицейского участка, от всего сразу. Голова закружилась. И тут, сквозь звон в ушах, я наконец услышала голос Ильи.

— Держите, попейте, легче станет, — он протянул мне пластиковый стаканчик, наполненный водой.

Без лишних вопросов я с жадностью выпила его буквально за пару секунд и тяжело задышала. Дыхание сбивалось, но я старалась больше не уходить так глубоко в свои мысли, боясь пропустить что-нибудь важное из уст людей вокруг.

Нас сразу же завели в вопросную комнату.

Я не понимала, почему Илья с ещё одним оперативником завели нас с Владом в одну комнату. Разве так бывает? Разве допрос и свидетельствование против кого-то проходят в присутствии обеих сторон? Всё казалось неправильным, ненормальным.

Илья сидел рядом, напротив меня, но не смотрел в мою сторону. Его взгляд был сосредоточен на коллеге. Оперативник сидел прямо напротив Влада и задавал вопросы. Голос ровный, холодный.

— Владислав Андреевич, уточните, Таисия заранее знала, куда вас ведёт? Вы сказали, что она позвонила вам и назвала адрес.