Книга Принцип бабочки, страница 63 – Кара Райр

Я неслась по трассе, но дорога заканчивалась и мне пришлось сбавить скорость. Вот дом, уже снаружи. Ничего такой, но ненавижу его. Хотя нет, не ненавижу, сам дом мне ничего не сделал, я ненавижу всю эту свиту внутри.

На автомате припарковалась во дворе и пошла на качели. Сейчас это единственное место, где я могу побыть не одна. Мила всегда со мной, даже мысленно качается там. Надо ей позвонить и срать, что это якобы не положено, я уже доказала свою верность.

Качая ногами и ковыряя ногти я думала. Думала, что отцу скажу. Плюну ли я ему в лицо? Обниму? Точно не обниму.

Еще и Дима знал. Ой, в нем я уже устала разочаровываться, он для меня загадка. И всегда ей будет.

— Я испугался за тебя, — приблизился Лебедев.

— Дим, почему ты мне не сказал? — я пыталась разглядеть в нем хоть единую эмоцию которой не было.

Этот истукан стоял передо мной словно ни в чем не бывало, словно его люди сейчас не избивали моего биологического отца, словно он вообще прилежный парнишка, который познакомился со мной в парке на лавочке. Он вообще осознает реальность? Это все дико начало меня злить. Сейчас я имею полное право злиться и буду.

— А ты бы поступила иначе? — он нахмурил брови.

— Дима, когда тебе задают вопрос, не значит, что нужно задавать вопрос в ответ, — я сжала сильно зубы, пытаясь не накричать на него.

— Я благодарю тебя за помощь, но знай свое место, — выпалил Лебедев.

— Что? — моя челюсть если бы могла легла бы уже на этот сраный газон.

— Знай свое место, бабочка, — добавил он, не сводя с меня взгляд.

Я прям опешила на секунду, но в тоже мгновенье поднялась с качель и начала колотить его по груди кулаками.

— Ты животное, понял? Ты животное! Как ты можешь указывать мне на мое место?!

Он крепко схватил меня за запястья.

— Твое место подо мной в кровати, ты меня поняла? В остальное не лезь! — повысил голос этот голубоглазый мужлан.

Я кипела от ярости.

— Ты бы сдох, надо было убить тебя! Убить тебя! — кричала я, что есть мочи.

А он поволок меня в дом. Я сопротивлялась, колотила его ногами, но он поднял меня словно пушинку и закинул на спину, не сказав ни слова.

Мои попытки были тщетны. Я точно его не понимаю, я зла, в бешенстве и в тоже время понимаю, что сейчас не самое лучшее время для моих истерик. Все итак сложно.

Дима повалил меня на кровать, я рухнула на наши белые простыни.

— Будешь чай? — самый неожиданный вопрос, — с ромашкой.

Я лежала под ним и смотрела на его ясные глаза, смотрела на его уже отросшую щетину и хотела ударить его по голове какой-нибудь вазой.

— Ромашки свои себе в ж…..

Не успела я закончить, как он впился губами в мои, затыкая мне рот.

…

Дмитрий

Я повалил свою маленькую бабочку на кровать и, пропустив мимо ушей, что она говорит, впился в ее мягкие, сочные губы.

Она все еще вырывалась, но я чувствовал, что скоро она мне поддастся. Наш секс должен стать другим. Он должен стать чувственным, настоящим. Сейчас я хочу только ее.

Сейчас я хотел разгрузить голову и показать ей, что нужно расслабиться. Со всеми этими ситуациями она очень напряглась и начала делать то, что не нужно. Не хочу, чтобы она о чем-то переживала и забивала себе голову ненужной информацией.

Я прикусил ее нижнюю губу, чувствуя, как кровь приливает к моему паху. Она спустила томный стон. Я завелся. Прервавшись, я увидел ее потерянный взгляд, почувствовал ее напряженное дыхание.