Книга Принцип бабочки, страница 16 – Кара Райр

Вскоре принесли обед, вилка, железная вилка. Может спрятать ее? Да не, точно не в первый день. Интересно, тут кто-то уже кончал жизнь самоубийством? Лезвием? Возможно, но вот на девушек им все равно. Они не бояться, что их могут тоже освежевать, хотя? При такой охране и их нахождении в компании такое удастся провернуть с нулевой вероятностью.

Единственный минус находится на этом этаже — я не могу тут нормально общаться с девушками, они все мои прямые конкурентки. Они готовы бы убить меня лишь бы завладеть вниманием Дмитрия. Что ж, я не впервые в одиночку прохожу через самую жопу. Я справлюсь. Все не так плохо, как могло быть, он меня не мучает и даже не ударил. Все будет нормально, отдохни Вероника.

Я отвернулась к стене, к белой стене, такой же бесцветной как душа моего “хозяина”. Глаза смыкались, тянуло в сон, но желудок сводило от желания поесть. Потом поем, для начала выспимся.

Я проснулась от прикосновений. Широко распахнув глаза, я увидела перед собой Женю. Нет, нет, нет.

— Добрый вечер, Вероника, — он сидел у моих ног. Я тут же развернулась к нему. Что он тут делает? Я думала этот этаж только для Димы и тут до меня дошло. Да ну нет. Нет. нет. Девочки говорили, что для хозяина и приближенных. Видимо Евгений точно из таких. Однозначно такой, раз Дмитрий делит с ним новых девушек.

— Добрый вечер, — я повернулась к нему. Он смотрел на меня плотоядно. Его лицо излучало что-то страшное. Кажется, мои испытания на сегодня не закончились, все мое нутро кричало “беги, беги”, но я лишь смотрела на него, а он на меня, а затем я прошептала, — чем я могу вам помочь?

— Единственным, что у тебя есть, пойдем, — он встал и направился к двери. Каждое его слово заставляло меня мечтать о том, что все это дурной сон и я сейчас проснусь в своей кровати, потерянная, но счастливая. Я хотела бы очень хотела проснуться с жутким похмельем и понять, что это все дурной, плохой сон пьяной девки. Пусть у меня болела бы голова, пусть меня бы трясло и тошнило, только не тут, пожалуйста…

Я потерла глаза, размяла шею и поднялась с кровати.

Мы поднялись на тот же этаж, где живет Дима. Но в этот раз пошли в другую сторону. Он шел впереди, не рядом, не держал меня за руку, а спереди. Это показалось мне странным. Хотя куда мне бежать? Я даже спуститься не могу, а если даже подойду к окну, не смогу его разбить, а если даже и смогу-прыгнув, сломаю ноги и там уж точно никуда не деться. Тогда станет только хуже. запрет “Не бей ее” станет запретом “ не оставляй на ней живого места”.

— Женя зашел в комнату с красной подсветкой. О, дьявол. Не говорите, что-то все для меня. Здесь был красный кожаный диван, кровать с черным пастельным белье. Пахло лавандой. Гребаной лавандой, ненавижу ее. Секс-игрушки на полках, а те, что не могли стоять висели на стенах. Посредине комнаты был большой пушистый черный ковер. Женя прошел прямо в левый угол и сел на диван, снял с себя футболку и положил рядом. Оставшись лишь в джинсах и белых носках. Его черные глаза становились еще чернее от того взгляда, которым он на меня смотрит.

— Садись на ковер и раздвигай ноги, я хочу посмотреть, как ты умеешь себя ласкать, — прорычал он, поглаживая себя по появившемуся бугорку под джинсами. Его возбуждает сама мысль? Да уж, они только больные извращенцы. И как я еще забыла об этом, хоть и на мгновенье.