Книга Алиев. Его сладкий плен, страница 7 – Кара Райр

А я ему не цирковая актриса! Не надо туда-сюда вот эти свои пошлости говорить при мне! Язык бы ему с мылом помыть!

— Да ты бойкая крошка, с ебанцой, — протянул он лениво, скрестив руки на груди.

— Что?! — Меня буквально трясло. — Вы… вы… да как вы вообще...

Слова не шли, потому что ярость смешалась со страхом и смущением.

Он, похоже, чувствовал себя хозяином положения и никуда не торопился.

Я шагнула вперёд и попыталась толкнуть его в грудь.

Это было не слишком умно, но удержаться от порыва я не смогла.

Может так поймет, что глупость сморозил!

Однако он перехватил мои запястья прежде, чем я успела его коснуться.

— Откуда такая дерзкая? — Его ухмылка стала ещё шире, а взгляд издевательским.

— Пустите! — зашипела я, дёрнувшись.

— Осторожнее, крошка,— сказал он с ленивой усмешкой, но с такой силой, что моё сопротивление было просто смешным.

Я одёрнула руки, сделала шаг назад, но тут же почувствовала, как мои ноги скользят по обледеневшему дереву террасы.

— Ой! — Только и успела выкрикнуть, прежде чем потеряла равновесие.

Я с грохотом упала за задницу и покатилась вниз по лестнице.

Каждая ступень отзывалась острой болью в спине и копчике.

Тык-тык-тык.

Вот я внизу, уже в снегу.

— Больно-то как...

Я пару раз моргнула, осознав, что вообще произошло и выпрямила согнувшиеся ноги.

Дамир же уже спускался вниз, лениво, с тем же видом абсолютного спокойствия.

Сам как сосулька, только горячий! В простынке совей идет ко мне... Не надо, пусть идет, вон туда, в сугроб.

Навис надо мной на пару секунд, как скала, а потом руку мне подал.

— Ну ты и летун, — хмыкнул он, протягивая мне руку. — Давай вставай. Белкой звать тебя буду.

— Я сама! — выпалила я, с трудом поднимаясь.

Замёрзшие ноги едва держали, а спина болела так, что я чуть не застонала.

Не услышит нахал моей боли! Иш чего! Белка, сам он белка! Орешки свои под простынкой спрятал и стоит.

Не успела я подставить под спину руку, как поняла, что он не стал дожидаться моего разрешения.

Схватил меня за локоть и одним движением поставил на ноги.

— Я же сказала, сама! — снова выкрикнула я, вырывая руку,— вы вообще никогда ничего не слушаете?

— Да неужели? — фыркнул он, улыбаясь.

Я уже хотела развернуться и уйти, но он вдруг подался ближе.

От него пахнуло чем-то крепким, алкогольным.

Этот запах, смешанный с его горячим дыханием, ударил мне в нос так сильно, что меня буквально скрутило.

— Фу, — пробормотала я, инстинктивно отступая назад.

— Что, уже воротит? — усмехнулся он, явно не обращая внимания на мою реакцию.

— Да от вас несёт, как из бочки! — огрызнулась я, прикрывая нос рукой.

Он откинул голову назад и рассмеялся, громко и хрипло, будто я сказала что-то особенно смешное.

— Ну, прости, Белка, — протянул он, глядя на меня. — Не думал, что ты у нас такая чувствительная.

— С нахалами я не разговариваю, — парировала я, чувствуя, как всё внутри клокочет от злости,— всего доброго!

— Заебала бегать девка, стоять.

И я замерла. На месте застыла.

Что он материться? Мне не приятно. Я ж ему не высказываю! Хотя может и стоило бы. Только страшно. Большой и страшный. Не буду.

— Пойдём прогуляемся, — сказал он, глядя на меня через плечо.

— Вы издеваетесь? — я почти фыркнула, но ноги, как назло, не двигались.

— Чего те надо? Сюда иди,— он протянул мне руку, сам спустившись к месту, где я только что волялась.