Книга Развод. Бессердечная овечка, страница 87 – Зоя Астэр

Ах ты ж змея…

— Ну что поделать, - я продолжаю улыбаться, не глядя на Алю, - некоторых вот хоть крась, хоть не крась, особо не поможет.

Вырываю руку из Юриной ладони.

— Извините, мне пора, - говорю я и, не дожидаясь ответа, сбегаю прочь.

Хочу выйти на свежий воздух.

Никакого желания смотреть на картины у меня не осталось. Чёртов Юра. Это он испортил мне вечер. Пусть милуется там со своей Алей. Туда ему и дорога.

Пусть простит ей её подлую душонку ради силиконовых сисек. Мне плевать.

Выбегаю на улицу и тут же попадаю под сильный дождь. А я, как назло, оставила пиджак в машине Юры.

Хорошая же была погода. Откуда этот ливень? Ещё и гром раскатисто гремит где-то недалеко. Май любит такие вот неожиданные сюрпризы.

Обхватываю замёрзшие плечи руками. С намокших волос уже бегут струйки воды на платье. Шёлк пропитывается влагой моментально. Липнет к телу, как вторая кожа.

Чёрт. Нужно было вызвать такси, а потом уже выбегать неизвестно куда.

— Ну ты чего? – слышу голос Юры за своей спиной.

Я даже не заметила, как он подошёл, из-за шума дождя.

Вздрагиваю, когда муж прижимается ко мне сзади и обнимает за плечи. Греет своим телом.

— Иди к своей Але, - огрызаюсь я. – Она явно не против к тебе вернуться.

— Я не понял, - тихо спрашивает Юра, наклонившись к моему уху, - ты хочешь, чтобы я с ней был, или не хочешь?

— Мне плевать! – выпаливаю я слишком поспешно.

— Врёшь ведь, - усмехается Юра.

Он разворачивает меня к себе лицом и притягивает за талию. Я пытаюсь отстраниться, но неустойчивые лодочки скользят по натёкшей под нами луже.

Там, где наши тела не соприкасаются, очень холодно. Дождь намочил нас уже до нитки. А там, где я чувствую Юрины руки, невыносимо горячо.

Я так зла на него. За всё. В том числе за сегодняшний вечер. Наехал на меня за картину. Обвинил в связи с Сергеем. Потом заявил, что мы никуда друг от друга не денемся, и после всего этого ещё и Аля на нашу голову свалилась.

Да, Юра общался с ней холодно. Ну и что. Это при мне он ведёт себя так, как мне хочется. Что помешает ему потом позвонить ей и договориться о встрече. Ничего. Он уже делал так. Вёл двойную жизнь.

Одна женщина – для секса и отдыха. Другая – для дома и заботы о детях.

Пытаюсь отпихнуть Юру, толкая в грудь, но он прижимает меня к себе ещё крепче.

Мы стоим недалеко от входа в выставочный зал, рядом с парковкой. Под светом фонарей и дождём. Никого больше нет. Непогода загнала всех под крышу.

— Я сказал, что мы любим друг друга, а ты заявила, что не веришь в мою любовь, - от холода и хриплого голоса Юры по телу прокатывается дрожь. – Но ты не сказала, что не любишь меня, Кира.

Дыхание перехватывает от его наглости. Неужели обязательно придираться к каждому слову?

— Отпусти! – требую я.

Меня уже трясёт от возмущения. Именно от этого. Горячие руки Юры, скользящие вверх по моему телу, совсем ни при чём.

— Пусти… - повторяю я, когда Юра поднимает за подбородок моё лицо.

Хочу сказать ещё что-то злое, но не успеваю: мокрые губы мужа прижимаются к моим.

Я не слышу ничего, кроме оглушительного шума дождя и ударов собственного сердца. Настоящий ливень.

Мы словно стоим под холодным душем. Юра обнимает меня. Его ладони, как два обжигающих клейма на моей спине. Его губы прижаты к моим.

Он не углубляет поцелуй. Вообще, не двигается. Будто время вместе с нами остановилось. Мы застыли в этом откровении: можно быть тысячу раз против, можно причинять друг другу боль, и это не спасёт. Не заставит тело и душу быть бесчувственными.