Книга Измена. Незаменимых нет, страница 41 – Зоя Астэр

Она действительно очень на меня похожа. Немного другой нос, и цвет глаз не совпадает. Бедра чуть шире. Самую малость. Волосы кудрявые, как у меня, но завиток другой формы.

Все эти годы я думала, что то видео подстроила какая-то женщина, чтобы отбить у меня мужа. Может быть, так оно и было. То, что Герман не говорит о своей личной жизни не означает, что ее у него нет.

В конце концов жестокий план мог и не удаться. Воецкий выгнал меня, но на интриганку внимания так и не обратил.

— И что ты предлагаешь? – спрашиваю я Глеба.

Друг хитро подмигивает мне.

— Я закажу ее, чтобы допросить, - уверенно сообщает он мне свой гениальный план.

— И что ты надеешься услышать?

— Я хочу узнать имя заказчика, разумеется. Того, кто срежиссировал то видео и подставил тебя. Вот только есть одно «но» …

Глеб смотрит на меня как-то странно.

— Какое? - спрашиваю я его, устав ждать продолжения.

— Хочу убедиться, что ты не передумала, и все еще не хочешь сообщать бывшему мужу о том, что мы выясним.

— Да, конечно, - уверенно отвечаю я. – Ничего не изменилось. Я до сих пор не вижу смысла в том, чтобы что-то доказывать Герману.

— Хорошо, - Глеб вдруг берет мою лежащую на столе руку в свою. – Мне не нужны конкуренты.

— О чем ты? – я напрягаюсь.

Пытаюсь забрать свою руку, но Глеб не позволяет. Держит крепко, заглядывая мне в глаза.

И я начинаю паниковать.

— Глеб…

Он встает из-за стола, и я тоже подскакиваю на ноги.

Снова тяну на себя свою руку, но добиваюсь этим только того, что Глеб подходит ко мне еще ближе.

— Что ты делаешь? – спрашиваю я, когда чувствую ладонь мужчины на своей талии.

— То, что должен был сделать четыре года назад, - шепчет Глеб мне на ухо. – Если бы ты знала, как я жалею, что не решился тогда.

В ужасе смотрю, как лицо Глеба приближается к моему.

А потом его губы накрывают мои в поцелуе.

Отталкиваю от себя Глеба, и он позволяет мне это. Не удерживает, легко разжимая руки, которыми меня обнимал.

Возможно, есть часть меня, допускающая мысль о том, чтобы снова полюбить мужчину. Но поцелуй Глеба вызывает во мне лишь досаду.

— Аня…

Глеб делает шаг ко мне, но я снова отступаю, качая головой.

— Не надо, - прошу я его. – Пожалуйста, никогда так больше не делай… и я ведь замужем, Глеб!

— И это моя самая большая ошибка! – сердито выпаливает он. – Я должен был предотвратить этот брак, заявить на тебя права еще тогда, четыре года назад…

— Но ты не сделал этого.

Меня трясет, и я обхватываю плечи руками, пытаясь унят дрожь.

— Да, я струсил, - Глеб грустно улыбается. – Не решился признаться самому себе, что влюбился в тебя так быстро. А потом ты вышла за Давида, и я убедил себя в том, что теперь будет неправильно подкатывать к тебе.

— Так и есть, - отчитываю я друга. – Это все еще неправильно!

— Твой брак – это всего лишь добровольное отшельничество! Сколько лет ты еще будешь прятаться от жизни?

Я начинаю злиться.

— Мой брак – это договор, который устроил нас с Давидом. И я не собираюсь его нарушать. Я не брошу мужа. Так что как ты себе это представляешь? Будем встречаться тайком, как любовники?

— Разумеется, нет, - Глеб взволнованно смотрит в мои глаза, ища там что-то, - Аня, я поговорю с Давидом. Он поймет и отпустит тебя. Не волнуйся об этом.

— Глеб! – я выхожу из себя, и мой тон становится резким. – Услышь меня, пожалуйста! Я вижу в тебе только друга! Я не испытываю к тебе…