Книга Измена. Месть преданной, страница 104 – Зоя Астэр

— Я не поверил, Соня, - заплетающимся языком говорит Лев. – Не поверил в его письмо. Ты бы так не поступила…

Нервно смеюсь и наклоняюсь вниз, чтобы поцеловать Льва прямо в губы.

— Ты поступил умнее меня, - шепчу я.- А я вот купилась на его ложь с твоей изменой…

Григорий, стоящий за моей спиной, кашляет в кулак и выходит из комнаты, давая нам возможность поговорить без свидетелей.

Лев со стоном отталкивается руками от пола и с трудом садится.

— Сонь, как ты? – спрашивает он. – Не пострадала? Он ничего не успел тебе сделать?

Качаю головой.

— Вколол транквилизатор, как и тебе, - говорю я.

Лев смотрит на меня так, что я зависаю. Будто мы не виделись тысячу лет.

Бывший муж тянет меня к себе и сжимает в крепких объятиях.

Чувствую его поцелуй на виске.

— Я столько раз думал, что потерял тебя, что теперь не могу поверить в то, что ты здесь, в моих руках и не пытаешься сбежать.

— Больше никогда, - я прижимаюсь ко Льву, пытаясь соединиться с ним так крепко, чтобы никакая сила не смогла больше разлучить нас.

— Я люблю тебя, - признаётся бывший муж. – Ты ведь выйдешь за меня снова?

Ухмыляюсь его прыткости.

— А ты хорош! – со смехом говорю я. – Решил взять быка за рога, пока сидишь рядом с поверженным злодеем, и сам чуть не умер! Браво! Лев Андреевич, вы лучший переговорщик, которого я знаю.

Лев самодовольно хмыкает.

— Дави на слабые места оппонента, пользуйся обстоятельствами, - говорит он с улыбкой. – Всегда срабатывало.

— Не сомневаюсь…

Я прижимаюсь щекой к его груди, а ладошку кладу на то место, где сильнее всего чувствуются удары сердца.

Тук. Тук. Тук.

— Это значит нет? – напряжённо спрашивает Лев.

Пальцы бывшего мужа зарываются в мои волосы. Мне так хорошо сейчас.

— Это значит да, разумеется, - тихо признаюсь я. – Я тоже люблю тебя и всегда любила.

Нам приходится дождаться полиции и дать показания. Шок от произошедшего начинает спадать, и я всё больше тревожусь за сына, оставшегося без меня так надолго.

— Не паникуй, - Лев притягивает меня к себе в объятия, - я попросил водителя довезти Пашу с Ольгой Сергеевной до нас. Скоро ты увидишь сына.

Роберта забирают в больницу в сопровождении конвоя, а нас, наконец, отпускают.

Мы выходим через лес на ближайшую дорогу, и там среди машин с мигалками стоит чёрный автомобиль, в котором нас ждёт Паша.

Бегу туда со всех ног. Распахиваю заднюю дверь и вынимаю из автолюльки спящего малыша.

Мне просто необходимо прижать его к сердцу. Дать ему знать, что мы снова вместе. Паша просыпается и заливается обиженным плачем.

Он возмущается не тем, что я его разбудила, а тем, что так долго не приходила. Плачу вместе с ним.

Лев тихо подходит и обнимает разом и меня и сына.

— Хватит слёз, - шепчет он, целуя сначала малыша, а потом и меня.

— Это хорошие слёзы, - возражаю я.

— Ну если хорошие… - Лев помогает мне сесть в машину с ребёнком на руках.

Паша уже высказал своё недовольство и теперь судорожно вертит личиком с открытым ротиком в поисках еды.

Устраиваюсь с ним поудобнее и задираю футболку, чтобы приложить малыша к груди.

Лев просит няню пересесть на переднее пассажирское сидение, а сам забирается к нам на заднее через дверь с другой стороны.

— Завтра, София, - строго говорит он. – Мы снова распишемся с тобой завтра, а если ты хочешь пышный праздник, то устроим его после, как только успеем организовать.