Книга Измена. Бей на поражение, страница 25 – Зоя Астэр

К концу видео девушка плюёт на капот истерзанной машины и уходит с гордо поднятой головой под аплодисменты собравшихся.

Охренеть. Просто охренеть.

Если бы не пакет с раскромсанными платьями, мне было бы даже жаль Стаса. Но сейчас я только тихо злорадствую, глядя на его растерянное лицо. Уверена, что машину можно отмыть, в отличие от платьев.

— Не помню такую… - оторопело произносит он.

— Вот же козёл… - слышится шёпот откуда-то сбоку.

— Скотина просто, так ему и надо, - соглашается кто-то.

Стас с несчастным видом бросается тереть пятна от пены и краски подолом своей футболки. Разумеется, это бесполезно. Он только размазывает грязь и безвозвратно портит футболку.

— Нет, это всё-таки ты, Полина, признайся! – рычит Стас, пачкая руки и одежду в невысохшей пене. – Не бывает таких совпадений! Это ты сделала! И на работе мой проект как-то умудрилась увести! Это точно ты, больше некому! Всё уже решено было, а потом бах, и мимо…

— Понятия не имею, что у тебя там на работе случилось, - говорю я спокойно, – но, кажется, справедливость в мире существует, Стас. Задумайся! Обобрал моё ателье, испортил платья. А теперь жалуешься на бумеранг от вселенной?

— Да что ж всё навалилось-то так?! – стонет муж.

— Сейчас ещё и я на тебя навалюсь, придурок, - добродушно заявляет подошедший сзади Гроднев. – Пойдём-ка поищем, где ты, извращенец, платья чужие припрятал. Небось, меряешь их по вечерам, колись!

— Ты кто ещё такой? – грубо спрашивает Стас у Гроднева.

Зря он так. Очень зря.

Гроднев на полголовы выше моего мужа, и явно крепче. А улыбается ему сейчас так, что у меня, просто стоящей рядышком, поджилки затряслись.

Не улыбка, а оскал хищника перед прыжком.

— Стас, я говорила тебе, что клиенты требуют платья? – встреваю я. – Вот и объясняй теперь сам, зачем ты их украл!

Стас расплывается в хамской усмешке.

— Твоё, что ли, платье пропало, мужик? – нахально спрашивает он. – Ну, так и быть, то, которое на тебя налезет, могу вернуть.

Я сжимаюсь, ожидая реакции Гроднева, но даже заметить её не успеваю.

Рука Платона Богдановича проносится мимо молниеносно.

Раз — и Стас уже валяется на асфальте в отключке.

Подслушивающие нас бабушки поражённо охают и не забывают фотографировать.

— Ну зачем же так? – стону я, оглядываясь по сторонам. – Вы же взрослый человек! Так проблемы не решаются.

— Много ты понимаешь, Полина Сергеевна, - Гроднев приседает на корточки, хватает бесчувственное тело под руки и закидывает себе на плечо. – Только так часть вопросов и решается. Пошли давай. Это ваш подъезд?

Трусцой семеню вслед за Платоном Богдановичем, тащащим Стаса к двери.

— Посмотрите, люди, что среди бела дня делается! – восклицает кто-то из зевак за нашими спинами.

— Они сейчас полицию вызовут, и вас в участок заберут! – шиплю я.

— Полина Сергеевна, пошарь в карманах нашей спящей красавицы, там где-то ключи должны быть, - игнорирует мои слова Гроднев.

Обыскиваю одежду Стаса и достаю из кармана спортивных штанов связку ключей. Открываю подъезд, приложив металлическую таблетку к панели.

Гроднев заносит тяжёлое тело мужчины вверх по лестнице так, будто оно ничего не весит. Не пыхтит, не краснеет и, кажется, даже не напрягается.

Я отпираю новым ключом дверь и распахиваю её перед Платоном Богдановичем. Тот прямо в обуви идёт в комнату и сгружает Стаса на кровать.